Пепельное небо

Два патрона, картечь. Что интересно, заводского снаряжения! Действительно, интересно, для местных это роскошь, сами патроны снаряжают. Стало быть, побег готовился давно, даже оружие завезти сумели. Кто же? И отчего агентура все прохлопала?

Вот и кабинет. Майор быстро распахнул сейф и вывалил на пол папки с агентурными делами. Подхватил с пола канистру с бензином и щедро плеснул на бумаги. Раскрыл папки, разворошил содержимое. Чиркнул зажигалкой.

Как чуял… Даже и канистру заранее сюда приволок.

Папки занялись веселым огоньком, затрещали и стали сворачиваться обложки.

Теперь хоть среди своих агентов не найдут, уже хорошо. А то кровищи будет… Хотя она и так будет. Без этого не обойдется. Окно настежь…

Вот это было ошибкой…

Выметнувшийся в раскрытое окно язык пламени увидели на улице. И моментально сообразили, что это такое. Грохнуло несколько выстрелов, пули звякнули по стеклам, разбив их окончательно, в результате чего тяга только усилилась.

«Спасибо, ребятки» — не без ехидства поблагодарил Корзун стрелявших.

Теперь-то все точно сгорит без остатка. Пламя уже хорошенько разошлось, и потушить этот костер было нереально. В коридоре заорали, грохнуло несколько выстрелов.

«Шихматов, — подумал майор, подскакивая к двери. — Спасибо ему, хоть минутку выиграть поможет» Надо, однако, и поддержать подполковника, одному ему там долго не выдержать. Улегшись на пол, майор взял на прицел входную дверь на этаж Там уже прибавился свежий покойник, надо полагать, из последней партии атакующих.

В проеме двери показался автоматный ствол, и короткая очередь выбила щепки из двери кабинета Шахматова. На лестнице снова заорали, и на этаж выскочили несколько человек Самого шустрого из них Корзун удачно свалил прямо на выходе, второму удалось прострелить руку, и он уронил на пол свое оружие — пожарный топор. Одного свалил подполковник. Но длинная очередь со стороны лестницы вынудила майора нырнуть за укрытие. В коридоре сразу затопало множество ног. Затрещали выстрелы в кабинете у начальника колонии.

«Все, копец, ворвались! А у Михалыча всего одна обойма и оставалась. Ну, значит, и мой черед пришел», — отрешенно подумал опер. Он отскочил назад, оставляя полыхающий костер между собой и нападавшими. В коридоре гаркнул повелительный голос, и в проеме двери нарисовалось сразу несколько человек. Вот тут и помог подобранный в коридоре обрез. Выстрел дуплетом свалил на землю большинство нападавших.