Перегрин

Каждый отряд подчиняется только своему командиру, хотя есть несколько племенных групп с одним лидером. Общие вопросы решаются на совещании командиров, которых около сотни. Обсуждения продолжаются долго и безрезультатно, потому что каждый командир сам решает, починяться решению совещания или нет. Проблем добавляет и то, что говорит это сборище на разных языках, как минимум на четырех, не считая диалекты. Из них индоевропейский только кельтский, представленный в двух вариантах: пришедшие сюда раньше говорят на более архаичном, дополненном словами из языков соседей, а «новички», галлы, нахватались германских слов.

Главное, что обе кельтские ветви понимают друг друга, пусть и с трудом, и держатся вместе. Мы как бы примыкаем к галлам, потому что представители этого племени составляют примерно половину моего отряда, но плетемся в хвосте их колонны, потому что нас считают как бы наполовину римлянами, то есть не самыми надежными. После того, как кимвры разбили в прошлом году две римские армии, отношение к жителям Республики упало ниже плинтуса. Доказать обратное можно только в бою, поэтому я не возникаю. Когда дойдет до дела, сразу станет ясно, кто чего стоит. К тому же, у места в арьергарде есть преимущество — шансы попасть в засаду близки к нулю.

К Перту подъезжает конный галл, командир следовавшего впереди отряда, и что-то тихо говорит. Все знают, что командир отряда я, но, если надо решить какой-то вопрос, галлы обращаются к моему заместителю.

Может, из-за того, что я плоховато говорю на их языке, иногда вставляю слова из французского, а даже старофранцузский ойль, на котором я общался на службе у короля Карла Пятого, сильно отличается от нынешнего галльского.

После того, как галл возвращается в свой отряд, Перт подъезжает ко мне и докладывает:

— Передовые отряды заметили кимвров. Впереди долина, удобная для сражения. Там остановимся и будем ждать врага.

Зажатая между холмами долина, протянувшаяся с северо-запада на юго-восток, была длиной километра три и шириной полтора. Ее пересекала вдоль ближе к западной стороне речушка. В том месте, где русло подступало к холму, на склоне располагалась деревня домов на сто, защищенная снизу и частично с боков земляным валом высотой метров пять, а с других сторон — частоколом из вкопанных заостренных бревен.