Перегрин

— Благодаря твоим налетам на мавретанские города, царь Бокх был более уступчивым во время переговоров, — рассказал Гай Марий, когда я сопровождал его во время утреннего обхода армии, расположившейся в огромном каструме, рассчитанном на пять легионов. — К сожалению, у тевтонов и амбронов нет прибережных городов и любых других тоже, так что помощь флота не потребуется.

— Я больше не служу на флоте, и прибыл сюда с конницей, двадцатью турмами, состоящими частично из граждан Республики, частично из кельтиберов, — проинформировал его.

 — Готовы присоединиться к твоей армии на время похода против амбронов и тевтонов, но хотелось бы остаться отдельным отрядом.

— Мне нужна конница, приму вас с удовольствием! Будете отдельным подразделением, для меня это не важно. Главное, чтобы выполняли приказы и воевали хорошо, — сказал полководец.

Амброны были кельтским племенем, проживавшим на территории будущей Швейцарии. Видимо, решили с помощью тевтонов преодолеть Альпы и поселиться в более благоприятных местах на севере Апеннинского полуострова.

— А куда делись кимвры? — поинтересовался я.

— Они что-то не поделили с тевтонами и решили наступать самостоятельно, обходя горы с востока, через Норик, — рассказал коснул. — Я слышал, в позапрошлом году кельтиберы разбили кимвров.

— Предварительно рассорив кимвров и тевтонов, сделав их смертельными врагами, — не удержался я от хвастовства. — Все, кто пришел со мной, принимали участие в том сражении.

— Мне сказали, что армией кельтиберов командовал гражданин Республики.

Уж не ты ли? — поинтересовался он.

— Единого командира не было, но мой вклад был наиболее существенным, — не стал я скромничать.

— Что ж, тогда тем более готов принять твой отряд в свою армию, — произнес он, повернулся к одному из сопровождавших его адъютантов и приказал: — Иди с ним к Спурию Навтию, пусть зачислит его отряд, поставит на содержание.

Это значило, что с сегодняшнего дня нам будут выдавать продовольствие, если запросим, и выплачивать жалованье по разряду вспомогательного войска: восемьсот сестерциев в год рядовому коннику, пять тысяч — командиру турмы.

Мне, как командиру отряда и гражданину Римской республики, положили оклад пилуса приора (первого центуриона первой центурии) — сто тысяч сестерциев в год. Мелочь, но приятно!

70

Тевтоны и амброны вместе с женами и детьми уже второй день движутся широким и, как кажется, нескончаемым селевым потоком между рекой Роной и западными отрогами Альп.