Перегрин

Пострадал за непредусмотрительность и жадность, наклонившись к убитому вроде бы врагу, чтобы снять доспех и чуть не получил удар ножом в живот, успел отбить рукой. Если бы враг не ослабел от потери крови, все бы кончилось печально. Что ж, мой отряд начинает сплачиваться, набираться опыта.

— Привязывайте трупы к лошадям, увозим их! — приказываю я.

Отара должна исчезнуть вместе с погонщиками. Пусть соратники погибших поразгадывают этот ребус, предполагая разные варианты. Уверен, что начнут с подозрения в дезертирстве.

Мы гоним овец на луг в соседней впадине. Там хорошая трава, тихое место. По пути избавляемся от трупов, скинув их в расщелину. Лесные хищники быстро так много мяса не съедят, но вонять и привлекать внимание трупы начнут дня через два-три. К тому времени, надеюсь, тевтоны и амброны уже будут разбиты.

71

Самая слабая сторона у этого римского каструма — южная. Здесь склон холма более пологий, перед ним долина, на которой разместилась большая часть тевтонов и амбронов, и римлянам не удалось вырубить глубокий ров в песчанике и насыпать высокий вал.

Частокол и башни, правда, успели сделать по всем правилам. Если бы я был вождем тевтонов Тевтободом, обязательно бы нанес главный удар с юга. Исходя из этого, и спланировал свою следующую операцию.

Еще в утренних сумерках, наскоро перекусив холодной бараниной, мы покинули свою стоянку и, объехав тевтонов и амбронов по широкой дуге, оказались южнее их. Когда приближались к вражескому лагерю, бой, судя по воплям и лязгу оружия, шел полным ходом.

На штурм пошли все мужчины. Их было так много, что нападать одновременно не могли, накатывались волнами, сменяя друг друга. Пока что римляне отбивали одну атаку за другой, и по периметру каструма росла гора из тяжелораненых и трупов. Все понимали, что, если римляне выдержат сегодня, завтра им будет легче, потому что появится уверенность в себе, которая перейдет к ним от врагов, как переходящее знамя."

"Во вражеском лагере остались только женщины и дети. Первые спокойно занимались делами по хозяйству, каждая возле своего шатра или шалаша, как будто их мужья сейчас на дружественной пирушке.

Дочери помогали им. Сыновья постарше наблюдали за сражением, а младшие сами воевали друг с другом, используя деревянное оружие. На выехавший из леса отряд сперва никто во вражеском лагере не обратил особого внимания, приняв за своих, ведь мы спокойно ехали по дороге, которая проходила рядом с каструмом, приближаясь к крайним вражеским воинам.