Перегрин

Как догадываюсь, это были те, кого не устраивал переход боспорского царства под власть понтийского царя Митридата Шестого. Через несколько дней узнаем их имена.

Дом Незиота был рядом с главным входом в акрополь, ворота в который тоже были нараспашку. Во дворе акрополя было пусто, если не считать двух солдат гарнизона, которые несли из дворца большую корзину с одеждой из дорогих тканей и серебряной посудой, а сверху лежал меч в ножнах с золотыми накладками, наверное, царский. Незиот лежал с проломленной головой и без правой кисти посреди своего двора в большой луже подсохшей крови.

Над ним и над лужей роились мухи. Голый труп жены нашли в столовой. Ей перерезали горло. Судя по раздвинутым ногам, грабители были милосердны — ублажили Ифигению перед смертью. Ничего ценного в доме не осталось, а из рабов не сбежала только старуха, которая продолжала прясть в полутемной коморке, не обращая на нас внимания. Монотонный труд успокаивает нервы.

— Надо отвезти хозяев за город и похоронить, — сказал Сотад, когда мы вернулись во двор, к лошадям у коновязи.

— Мы теперь сами себе хозяева, — проинформировал я его. — Пусть мертвые хоронят мертвых, а мы займемся устройством своей судьбы.

Сотад собирался сказать еще что-то, наверное, напомнить, что мы все равно собственность наследников Незиота, но не успел, потому что телохранитель по имени Дамохар, которого я считал самым нерешительным из нас и довольным своей судьбой, всадил нож в затылок управляющего.

Может быть, свел личные счеты.

— Собираюсь добраться до Феодосии по суше, а оттуда морем до Греции. Чем больше будет отряд, тем меньше шансов, что на нас нападут скифы. Так что предлагаю составить мне компанию, — произнес я.

Поскольку хозяин мертв, и никто не будет меня искать, предъявлять на меня права, можно было не прорываться в Херсонес, а добраться до Феодосии, которая сейчас входит в Боспорское царство, но там вряд ли знают, кто я такой. Это большой город, расположенный намного ближе Херсонеса.

Уверен, что там можно без проблем сесть на торговый корабль, отплывающий на юг. Оставаться в Крыму и, тем более, возвращаться в Херсонес, я не хотел. Слишком неласково меня здесь встретили. Посмотрю, что сейчас творится на Средиземном море, поищу удачу там.

— Я поеду с тобой, — сказал Дамохар, после чего начал стягивать с Сотада доспехи, одежду и обувь, делая это с ловкостью профессионального солдата.