Перегрузка

— Как ты можешь это утверждать! После твоего признания! Конечно, я могла бы понять, если бы была женщина, возможно две. Любая здравомыслящая жена знает, что такое случается даже в самых счастливых браках. Но не десятки женщин, как это было с тобой.

— Теперь ты говоришь глупость. Не было десятков.

— Хорошо, ну, десяток. В лучшем случае.

Руфь проговорила задумчиво:

— Может быть, это фрейдизм — то, что я сказала десятки. Потому что это то, что ты любишь делать, правда? Уложить в постель как можно больше женщин.

— Некоторая доля правды в этом есть.

— Я знаю, что это правда. — Она говорила совершенно спокойно. — А знаешь ли ты, что когда женщина, жена слышит подобное от мужчины, которого она любила или считала, что любит, то она чувствует себя униженной, испачканной, обманутой?

— Если ты так думала все это время, почему ты ждала сегодняшнего дня? Почему мы об этом не говорили раньше?

— Справедливый вопрос. — Руфь замолчала, обдумывая ответ. — Наверное, надеялась, что ты изменишься, что у тебя пропадет охота спать с каждой привлекательной женщиной, которая попадется тебе на глаза.

Ведь почти каждый ребенок, взрослея, перестает с жадностью набрасываться на конфеты. Вот и в тебе я видела такого ребенка. Но я ошиблась, ты не изменился. Ну, коли мы решили быть честными друг с другом, назову и другую причину. Я трусила. Я боялась ответственности, боялась за Леа и Бенджи, не хотела признаться, что мой брак, подобно многим другим, не состоялся. — Голос Руфи сорвался в первый раз.  — Теперь у меня нет страха, нет гордости или чего-то еще. Я хочу уйти.

— Ты действительно хочешь этого только из-за меня?

По щекам Руфи скатились две слезинки:

— Что еще ты выдумал?

Нима охватило негодование. Почему он постоянно защищается? Только ли он виноват в случившемся?

— Как насчет твоего собственного любовного приключения? — спросил он. — Если мы расстанемся, займет ли твой приятель мое место?

— Тот, с которым ты встречалась. Вместе с которым ты уехала.

Руфь уже вытерла глаза и теперь смотрела на него с жалостью.

— Ты действительно веришь в это? В то, что я ушла с мужчиной?

— А разве это не так?

Она тихо покачала головой.

— Знаю, что ты так думал. И не разубеждала тебя, что наверняка было не слишком умно с моей стороны. Но я решила — со злости, — что тебе невредно будет почувствовать то, что испытывала я.

— А как насчет тех, других случаев? Где ты была?

Голос Руфи прозвучал почти спокойно:

— Не существует другого мужчины.