Перегрузка

Вид у Нима был озадаченный.

— Объясните все как следует мистеру Голдману, — распорядился Лондон.

— У счетчиков некоторых конструкций на задней стенке находится зажим напряжения, — сказал контролер. — Если его отсоединить, то цепь нарушается и счетчик перестает записывать показания. Но стоит на месте зажима перекинуть временный контакт, и вы можете включать и выключать счетчик по собственному усмотрению.

— Что и имело здесь место?

— Вы в этом совершенно уверены?

— Я тоже это видел, — поддержал контролера сотрудник из отдела охраны собственности.

— Имя этого абонента — Эджкомб.

— О'кей, — сказал Лондон. — Черт с ней, с собакой. Вызывайте фотографа и постарайтесь собрать необходимые доказательства.

Они подождали, пока контролер возился с радиопередатчиком в своем грузовичке, затем небольшой процессией с Гарри Лондоном во главе двинулись по дорожке к дому. Когда они почти подошли к нему, в дверях показалась высокая красивая женщина лет сорока, одетая в синие выцветшие брюки и шелковую блузку; ее длинные темно-каштановые волосы были перехвачены на затылке шарфом.

— Я предупредила: если вы и дальше намерены здесь шляться, я спущу собаку и за последствия не ручаюсь, — холодно объявила она. — А теперь прошу вас немедленно покинуть мою территорию!

— Мадам, — твердо ответил ей Лондон. — А я попрошу вас держать собаку, да покрепче. Я являюсь сотрудником службы безопасности компании «Голден стейт пауэр энд лайт», — он достал свой служебный знак, — а это — мистер Голдман, вице-президент компании.

— Вице-президенты мне не указ, — резко ответила женщина. — Мой муж близко знаком с президентом вашей компании.

— В таком случае, — вступил в разговор Ним, — я уверен, что ко всему здесь происходящему он отнесется с полным пониманием: ведь мы всего лишь выполняем свою работу. Простите, вы — миссис Эджкомб?

— Да, — надменно ответила она.

— Мне сообщили из нашего отдела эксплуатации, что на вашем счетчике электроэнергии установлено противозаконное приспособление.

— Даже если это и так, нам об этом ничего не известно. Мой муж — известный хирург-ортопед, и как раз сегодня у него операция, иначе бы я позвонила ему, чтобы он лично разобрался во всем.

Ниму показалось, что при всей браваде женщина не так уж уверена в себе: в глазах ее и в голосе промелькнуло беспокойство. От внимания Лондона это тоже не ускользнуло.