В следующие несколько мгновений по квартире словно промчался ураган, вышвыривая одного за другим солдат Кийка на лестничную площадку. Сам же Пауль Артурович был выдворен в первую очередь, потому что, во-первых, обладал хорошей реакцией и движения Соболева изредка, краем глаза, схватывал; а во-вторых, он начал стрельбу, но уже не из суггестора, а из пистолета «волк». Матвею пришлось брать его из самого нестандартного положения, с выхода из сальто, в падении и подкате.
И все закончилось в считанные секунды. Наступила тишина.
Затем кто-то переступил тело одного из боевиков засады и вошел в квартиру.
– Помощь не нужна?
– Нет, – ответил Матвей, выходя из скоростного режима.
– Ага! – Василий поднял с пола пистолет «волк», какую-то блестящую сеточку с усиками и дужкой для закрепления на голове, повертел в руках. – Ну «волк» – понятно, а это что за штуковина? Неужто наши вояки разработали бронежилет для головы?"
"И тут Матвей сообразил, в чем дело, взял сеточку из рук Василия.
– Черт, вот почему я их не слышал… Это защитный экран от луча «глушака».
К тому же он, наверное, поглощает большую часть излучения мозга… Ладно, забери с собой. Как это ты успеваешь всегда к развязке дела?
– Интуиция. Крепко они тебя рассердили, однако!
– Сами виноваты, не надо было стрелять из «глушака».
– И ты… после этого… смог сопротивляться?!
– Бессознательно, на уровне безусловного выживания. Во дворе никого не заметил?
– Троих. – Василий не сразу пришел в себя. – Один был очень хорош, но я торопился и, кажется, что-то ему поломал.
Кто это?
– Те же, что приезжали на «саабе». Кийк и компания. – Матвей вернулся в квартиру, привел в чувство Стаса, наклонился к Кристине и несколько секунд слушал ее, поводя головой из стороны в сторону, словно локатором. Облегченно вздохнул. Рана на голове была поверхностной, скорее, просто ссадина – Кристина задела головой торчащий в ящике серванта ключ. Но ударься она виском…
Пережив только что вспышку холодной ярости, Матвей перенес девушку в спальню, потом вернулся к Басе Яновне, потерявшей сознание от избытка эмоций.
В этот момент в квартиру вошла мать Кристины Ольга Николаевна, и, потрясенная разговором, остановилась на пороге. С ужасом глянула на лежащее в прихожей тело.
– Что здесь… происходит?!
– Ребята плохо себя вели, – отозвался Василий, отбирая оружие у тех, кто упал, – и мы поставили их в угол. Да вы не волнуйтесь, все закончилось хорошо.
– Матвей!.. – прилетел из спальни прерывистый шепот.
