– Только что в Сокольниках нашли тело Силакова!
– Какого Силакова? – не сразу дошло до Синельникова. – Президента фирмы «Грэгори»?
– Начальника ФАПСИ.
Несмотря на пронизывающий холод, Александр Викторович вспотел. Шатнул прочь, за оцепление.
– Поехали.
Через минуту они мчались через спящий город под вой сирены и свет мигалки. Однако приехали все-таки позже «федепасов» и парней из спецподразделения Минобороны.
Директор ФАПСИ был найден сторожем Сокольнического парка возле металлической решетки северного входа.
Силакова задушили металлическим прутом, лежащим тут же, а к телу прикололи ножом белый лист картона с выдавленным кинжальчиком «ККК». Зачем директора агентства понесло в Сокольники в такую погоду, ночью да еще без охраны, осталось невыясненным.
Командовал следственной группой офицер ФСБ из того же Управления спецопераций, что и майор Белоярцев, поэтому за линию оцепления, организованную примчавшимися раньше всех омоновцами Сокольнического муниципалитета, пропустили только Синельникова и Зинченко, которые приехали следом на машине своего ведомства.
Оба глянули на тело Силакова со свернутой шеей, понаблюдали за профессиональными действиями «федепасов», но обоих больше интересовали военные.
Командир группы, высокий, сильный, белобрысый, работал больше со сторожем и омоновцами, остальные возились с какими-то приборами, похожими на компьютеры в «дипломатах». Работали они недолго, обошли район происшествия, поговорили и тут же испарились.
– Два убийства высокопоставленных лиц в один вечер – это много даже для «Чистилища», – проговорил Зинченко.
– Что ты хочешь этим сказать? – покосился на него Синельников.
– Какое-то из двух убийств, думаю, не дело рук «чистильщиков». Кто-то пытается работать под три «К», убирая неугодных конкурентов.
– «СС»?
Зинченко не ответил.
Начальник МУРа потоптался возле ограды, подал руку коллеге и направился к выходу из парка, махнув рукой Агапову и давая понять, чтобы тот следовал за ним.
"
"– Начинается война, – сказал он уже в кабине машины. – Война всех против «Чистилища».
– Я тоже так подумал, – отозвался Агапов, страдающий желудком каждый раз, как только начинал волноваться. – Стоит ли в таких условиях включаться в эту войну еще и нам?
– Домой, – коротко бросил водителю Синельников и несколько минут сидел молча, полузакрыв глаза.
