Не отодвигая стула, Юрген поднялся гибким движением и бесшумно вышел. Гусев посмотрел ему вслед со странным чувством восхищения и опаски, ибо человек этот не знал ни преград в достижении цели, ни пределов жестокости.
Правда, министру был известен еще кое-кто, превосходивший в жестокости и равнодушии и Юргена, и многих исторических персонажей.
* * *В тот же самый день и в то же самое время состоялась малая «планерка» у директора Федеральной службы безопасности генерал-лейтенанта Коваля Сергея Вениаминовича.
Приглашены были только начальники управлений. Место директора Коваль занял год назад после отставки генерала Панова, но его назначение не было неожиданностью ни для сотрудников ФСБ, ни для него самого.
Сергей Вениаминович начал свою деятельность еще в легендарном КГБ, где успел поработать начальником чуть ли не всех важнейших отделов: следственного – курировал дело директора ЦУМа, отдела контрразведки – разработал операцию «Сурок» против литовских шпионов, в результате которой был задержан резидент военной разведки «дружественной» державы, скупавший оборонные технологии.
Кроме того, Коваль, тогда еще полковник, спланировал операцию «Ковбой-2» по делу так называемых «инициативников», потенциальных агентов, ищущих контакты с иностранными спецслужбами с целью продать технологию российского космического «челнока».
Затем была служба в столичном управлении КГБ по контрразведывательному обеспечению органов внутренних дел, которое потом было реорганизовано в отдел по борьбе с организованной преступностью.
Сергей Вениаминович вел там дела подольской и кунцевской преступных группировок. Оттуда его перевели в Управление по борьбе с контрабандой и коррупцией Министерства обороны. Три года он поработал заместителем, потом начальником академии ФСК и вернулся в федеральную службу уже начальником Управления «КК» (по борьбе с коррупцией и контрабандой) и заместителем директора. Словом, это был профессионал, деловые качества которого не подлежали сомнению.
Что же касается качеств личных, то генерал Коваль был всегда спокоен, даже флегматичен, с подчиненными ровен и решительно не был подвержен человеческим слабостям: не пил, не курил, к женщинам и азартным играм тяги не испытывал, телевизор не смотрел и в компаниях не участвовал. Зато с одержимостью фанатика любил разрабатывать игровые программы для компьютеров и с компьютером общался чаще, чем с людьми.
