Молодая и очень симпатичная девушка в зеленой курточке, чуть не плача, что-то требовала у двух молодых людей. Один одет прилично, второй – типичный кидала под метр девяносто, широкоплечий, толстый, с небритой круглой рожей, в замызганном плаще и кожаной кепке. Именно он вылез из кабины «мерседеса», хотя, на взгляд Матвея, место ему было разве что за рулем экскаватора.
Прилично одетый молодой человек с красивой волной каштановых волос что-то сказал своему напарнику, и тот толкнул девушку, грязно ругнувшись. Лишь на один миг лицо незнакомки появилось перед Матвеем, но его будто что-то толкнуло – это было лицо прекрасной спутницы инфарха из его снов.
Не раздумывая, он пересек улицу и негромко спросил, обращаясь к девушке, но так, чтобы слышали и те двое.
– Что случилось, мадемуазель? Может быть, требуется помощь?"
"Огромные, полные слез глаза девушки распахнулись еще больше, она обреченно глянула на своих обидчиков, встрепенувшихся при появлении Соболева, и, сгорбившись, побрела прочь.
«Приняла меня за одного из них», – пришла догадка.
Матвей догнал незнакомку, зафиксировав в уме фразу небритого: «А этому мудаку чего надо?»
– Извините, девушка, я не из числа приятелей тех парней и действительно хочу вам помочь. Что произошло?
Девушка искоса глянула на него, и снова ее необычайная красота резанула сердце Матвея.
Видимо, что-то в словах незнакомого парня расположило девушку заговорить.
– Чем вы поможете? Они… – Глаза незнакомки снова наполнились слезами. – Обманули… я хотела…
– Обменять валюту?
– Да, пришла к открытию… пункт еще закрыт был… а этот в куртке… такой обходительный и одет прилично…
Матвей все понял.
Девушка нарвалась на обычных валютных кидал. Один предлагает обмен «по более выгодному» курсу, вручает жертве «куклу» в рублях или в валюте, а второй в это время, прикидываясь либо охранником обменного пункта, либо сотрудником милиции, начинает требовать документы и тащит жертву в отделение «для выяснения». Эти, похоже, даже не считали нужным прятаться от обманутых людей и действовали почти в открытую, привыкнув, видимо, что никто еще не возвращался «качать права».
– Сколько они у вас взяли?
– Четыре миллиона… соседка дала, чтобы я обменяла, ей гарнитур купить надо. А они сунули… вот. – Девушка показала смятый целлофановый пакетик с «куклой», в которой оказалось две банкноты – пятидесятидолларовая и однодолларовая, прикрывающие стопку аккуратно нарезанной газетной бумаги.
– То есть они «обули» вас на пятьсот с лишним баксов.
