Пойди найди тут чемоданчик с «глушаками»…
Уже собираясь соскользнуть вниз, на полоску сорняков под забором, Вася вдруг почувствовал знакомый взгляд и, сжимаясь в предчувствии непоправимой ошибки, до отказа увеличил мощность защитного контура «тюбетейки» и в душе взмолился: Господи, защити от дьявольского взгляда! Пусть Рыков меня не увидит!
Неизвестно, помогла ли молитва, однако ощущение подкрадывающейся сторожевой собаки прошло. Но хотя пустырь с виду и не охранялся, Вася все время чувствовал какие-то живые токи, исходящие от скоплений разных предметов на территории пустыря.
В другое время Василий порадовался бы: он развил свою чувственную сферу до такой степени, что уже мог ощущать энграммы – следы присутствия других людей в материале помещений и вещей, то есть наведенные структуры в информационно-энергетическом каркасе вещественных тел. Но сейчас ему было не до оценки собственных возможностей.
Усилием воли перейдя в состояние меоза, Вася включил темп и молнией метнулся к одноэтажному шлакоблочному бараку посреди пустыря, вызывающему подозрение своей заброшенностью и ветхостью.
Невесомой тенью преодолев расстояние в сто метров от забора до барака, Василий замер у его стены, превращаясь в слух. В тишине ночи сюда доносились звуки со всей округи: гул винтов с аэродрома, гудки и свистки с железнодорожной станции, редкие завывания автомобильных моторов на шоссе, голоса людей; пустырь же обнимала могильная плотная тишина, неестественная в своей концентрации.
Такая тишина буквально кричала: осторожно, засада! И Вася удвоил внимание, напрягая нервную систему до предела.
Бесшумно обошел барак, обнаружил две двери, но ни в одну заходить не стал, обратив внимание на металлическую лесенку, ведущую на крышу строения. Постояв немного, он по-кошачьи мягко преодолел три марша лестницы и высунул голову из-за ограждения крыши. Сначала он увидел квадратную будочку, похожую на пристройку лифта на крышах домов, потом разглядел узкие бойницы в будочке, откуда явственно тянуло табаком и живым теплом.
Так как в будочке мог находиться только один человек, Вася решил взять его в качестве «языка». Он даже обрадовался, выяснив, что периметр пустыря отслеживается: значит, пришел сюда не зря. Смущало только то обстоятельство, что наблюдатель его не обнаружил. То ли спал, то ли был невнимателен, то ли не имел инфракрасного сканера.
Верным оказалось первое предположение.
