Коридор через полкилометра привел их к бетонно-кирпичной перегородке с металлической дверью, которую Парамонов открыл за три минуты, не прибегая к взрывчатке. За перегородкой оказался еще один туннель – заброшенного метро с рельсами и пучками кабелей по стенам, из которого беглецы выбрались через вентиляционный колодец в районе железнодорожной станции. Там, за пакгаузом, Иван Терентьевич нашел дыру в заборе, они вылезли на тропинку, ведущую к домикам частного сектора Домодедова, и вскоре вышли к замаскированной ветками машине Парамонова – замызганной «ниве» с грязными стеклами.
– Где вы оставили свою машину? – спросил Иван Терентьевич, включая мотор.
– Возле водокачки. Надо бы ее забрать.
– Конечно. Пересядем, эту бросим, переоденемся.
– А дальше куда? У вас есть надежное место, где можно спрятать «глушаки»?
– Такого места не существует в принципе. Но какое-то время можно будет подержать контейнер в Рязани, там у меня есть неплохой погреб… с кое-какой защитой.
– Тогда поехали в Рязань, – равнодушно сказал Василий, скрывая радость.
В начале пятого они выехали из Домодедова на Симферопольскую трассу и лишь после этого вздохнули с облегчением. Обоих волновала одна и та же мысль.
– Странно, что Рыков не подстраховался, – задумчиво проговорил Василий, сидя за рулем «вольво». – Такая серьезная вещь, как «глушаки», должна и охраняться серьезно. А он доверил ее «чистильщикам» да зомби-легионерам.
– Я тоже об этом думаю, – признался Иван Терентьевич.
– Существует только одно объяснение: он не собирался держать здесь «удавы» долго. К тому же Герман способен через ментал определить координаты любой вещи, на которой остался отпечаток его пси-взгляда.
– Веселенькая новость, – пробормотал Василий. – Значит, он все равно вычислит, где мы спрячем «глушаки»? А вы не можете как-то стереть этот пси-отпечаток? Наложить, так сказать, свое заклятие?
– Увы, мой друг, – грустно улыбнулся Иван Терентьевич.
– Я всего лишь Посвященный I ступени, он же – на уровень выше. Я пытался, конечно, ослабил след в какой-то степени… посмотрим.
Василий кивнул, окончательно расслабляясь. Впереди ждала Рязань, встреча с Ульяной, и это примиряло его с необходимостью борьбы за право жить свободно.
НИКОГДА НЕ ЗНАЕШЬ, ГДЕ НАЙДЕШЬ, ГДЕ ПОТЕРЯЕШЬ
Рыков прибыл на свой фильтрационный склад в Домодедове буквально через час после похищения контейнера с «глушаками».
