– А какое тысячелетие?
Иван Терентьевич рассмеялся:
– Согласно традиции идет шестое тысячелетие Калиюги, которое началось семнадцатого февраля три тысячи сто второго года до рождения Христова. Ну а Калиюга входит в двадцать восьмую Махаюгу седьмой Манвантары нынешней Кальпы, которая в свою очередь является первым днем пятьдесят первого года жизни Брамы.
– Спасибо. Теперь хоть буду знать, в каком времени застрял.
Вася внезапно почувствовал облегчение, будто сказанное Парамоновым послужило успокоительным средством.
– Где я?
– У моего дяди, Харлампия Игнатовича, мы здесь уже были.
– Это тот, с винным подвалом?
– Я же говорил, что он быстро оклемается, – снова засмеялся Парамонов. – Если уж юморить пытается… Как себя чувствуешь, герой?
– Как футбольное поле, – пробормотал Василий, – на котором в футбол играли слоны и носороги. Что со мной произошло?
– Ты попал под астральную атаку Носового. До сих пор удивляюсь, как тебе удалось ее выдержать.
Василий потрогал рукой голову, сеточки «тюбетейки» не нащупал и вопросительно посмотрел на Ульяну.
Девушка кивнула:
– Может быть, твой генератор и помог отбить атаку, взял на себя часть излучения. Но в принципе ты защитился сам. Я же говорила: у тебя есть потенциал, задатки экстрасенса, надо их усиленно развивать. Пси-выпад Носового – раппорт пронзил твою эфирно-энергетическую оболочку, смял эмоциональную – витальную и сильно изменил интеллектуальную – ментальную, но разрушить весь энерго-информационный каркас не смог. Так что ты теперь битый, но живой.
"
"– За битого двух небитых дают, – сказал Парамонов, не переставая к чему-то прислушиваться. – Ульяна помогла тебе преодолеть наведенное психофизическое состояние, сняла чужие деструктивные блоки, но тебе надо бы научиться защищаться на пси-уровне самому.
– Как?
– Повысить порог чувствительности на внешние воздействия, переходить на другую частоту психического состояния, отводить удар «поворотом» сознания…
– Это все потом, – перебила Ульяна Ивана Терентьевича. – Пусть сначала придет в себя.
Есть хочешь, герой?
– Пить.
Девушка налила из графина вареного меду, подала стакан. Василий выпил весь, чувствуя, как прибывают силы, слабо улыбнулся в ответ на взгляд Ульяны.
– Здорово он меня…
– Ты его тоже, – насмешливо проговорила она.
– Вертолет взорвался, – добавил Парамонов в ответ на немой вопрос Василия. – Вряд ли Хейно Яанович уцелел.
– Значит, я помог-таки Самандару выполнить первую часть условия – убрать конкурента? Ульяна зябко поежилась, сжала губы.
