– Черт бы вас подрал! На территории области я отвечаю за все происходящее! И что бы вы ни затевали, я обязан знать!
– Успокойся, Анатолий, – подошел к ним хмурый генерал Первухин. – Тебе лучше не соваться не в свои дела, дольше проживешь.
– Это что, угроза? – Шкодин побледнел.
– Да остынь ты, полковник! У самих голова идет кругом. Кстати, понадобится твоя помощь. Это дело надо будет представить как бандитскую разборку.
Шкодин поперхнулся, с удивлением глянул на холодное сосредоточенное лицо Первухина, покачал головой.
– Рассказывайте, что вы здесь делаете. Но учтите, если в чем виноваты, покрывать не стану.
Из дома вывели пожилую пару, хозяев дома. Хозяйка плакала, старик-хозяин поддерживал ее под руку и что-то рассказывал мужчине в сером костюме. Первухин проводил их глазами, нехотя повернулся к Шкодину:
– Анатолий, ну не могу я тебе все рассказать, по «четырем нулям» работаем.
– Ну хоть намекни.
– Это все равно что рассказывать не сам анекдот, а смысл анекдота. Утечка у нас произошла.
Пытаемся ее нейтрализовать.
– Странно как-то пытаетесь. Ведь я помочь могу, ребят опытных у меня хватает… тот же Панкеев например.
– В том-то все и дело, что не можешь ты помочь, только зря людей положишь. Видишь, как здесь обернулось? Две наши группы попали в засаду… – Первухин замолчал – к нему подошел штатский в сером и что-то шепнул на ухо. Они отошли в сторону.
– Такие вот пироги, – пробормотал генерал Баканов. – Мы сами, как телята, тычемся носами… Но все равно это дело не твое, Анатолий Романович, тянется оно так высоко, аж страшно!
– В Кремль, что ли? – усмехнулся Шкодин, чувствуя болезненное шевеление сердца в груди: в последнее время оно стало пошаливать.
– Догадливый, – усмехнулся и Баканов. – Не мешай нам, ладно? Размотаем, я тебе лично все сообщу.
Шкодин не ответил, глядя, как на дорожку выносят из сада и дома тела погибших спецназовцев.
ВИРАСАМА – ВАКРАСАНА
Купались по очереди: сначала Василий, потом Ульяна. Было еще светло, хотя солнце уже зашло за горизонт и освещало лишь высокие перистые облака.
Вася загляделся, как девушка выходит из воды, и прозевал, когда на костре вскипела в котелке вода для чая. Не вытираясь, девушка подошла, делая вид, что не обращает внимания на чувства Котова, села рядом, соблазнительная, юная, красивая, зовущая. Вася бросил ей махровое полотенце, разлил по кружкам чай, передал одну, как бы невзначай касаясь руки Ульяны, и обоих словно пронизал электрический ток.
