Перехват

– Они развернулись, Тед! – воскликнул Шойбле, который сильно волновался, хотя ходить в бой ему было привычно.

Джек волновался тоже. Одно дело, когда знаешь, с кем имеешь дело, понимаешь его повадки и гоняешься с ним на равных, а здесь, несмотря на потуги камеры, Джек не видел ни единого блика, потому что коварный враг идеально выравнивал свою температуру с окружающей средой.

Но вот радары его видели.

– Двенадцать штук! Одиннадцать в «подкове» и одна позади них!

– Это главный, – предположил Хирш. – Вон он какой жирненький…

Со своей позиции ударила ближайшая зенитка, та самая, что недавно провожала врага огнем.

Цепочки снарядов понеслись к целям и стали рваться на максимальной дистанции, выстраивая стену трескучего рокочущего огня. Благодаря такому яркому фону инфракрасная камера «таргара» различила несколько темных пятен, промелькнувших над желтоватым полыхающим пламенем, а затем снова ставших невидимыми.

К первой зенитке подключились еще две, и стрекот скорострельных артавтоматов слился в непрекращающийся рев огня.

На земле стало светло, как днем, и Джек мог различить даже отдельные травинки, но куда били зенитки, понять было невозможно, ведь у них имелись радары, а у Джека – нет.

Все изменилось, когда одновременно включились пушки обоих «греев». Их снаряды не имели реактивных ускорителей, не так слепили глаза, и Джек четко различил момент, когда они достали несколько целей. Засверкали вспышки разрывов, брызнули искры, однако вражеские аппараты все же прошли заслон, и где-то сзади раздался взрыв, да такой сильный, что содрогнулась земля.

Зенитки еще продолжали стрелять, но основная нагрузка ложилась на ту, что стояла за футбольным полем. Ее раскалившиеся стволы торопливо метали снаряды, соревнуясь друг с другом в том, кто первый порвет вражеский строй.

Однажды Джек видел, как работает такой механизм, когда из соседнего батальона Тильгаузену привозили автоматическую пушку «карпера».

Очень уж хитрая там была поломка, а про таланты Тильгаузена знали во всей дивизии. Три дня он ковырялся в механизме, что-то точил, закаливал, швырял в угол и ругался, но потом все получилось, и они возили пушку одну, без робота, в дюны, чтобы проверить ее работу.

И к ней доставили три сотни снарядов.

Работа механизма этой пушки произвела тогда на Джека неизгладимое впечатление. Грохот выстрелов, стук замасленных железок, шипение подгоравшего масла и череда проносившихся в транспортере пушечных снарядов – трак-так-так-так. Это было нечто удивительное.