Перехват

Вместе с тем формально Танжер был обязан находиться на службе весь день, а генерал, тоже формально, мог подвергнуть его легкой экзекуции.

Завести разговор о том, что расходы на оперативные разработки растут с каждым кварталом, что отчеты на них предоставляются липовые и финансовый отдел может инициировать проверку.

В такой ситуации приходилось «сдавать» начальству какую-то конкретную информацию или хорошо подготовленную липу.

Впрочем, сдавать можно не сразу, можно поиграть в уязвленное самолюбие, намекнуть, что все норовят обидеть художника.

Если начальник затеял разговор от скуки, он махнет рукой, но если он твердо намерен получить сведения о тайных операциях подотделов, то наступит на самое больное: «Ваши резиденты, офицер, используют агентуру как частную лавочку».

И тут надо сдаваться, ибо хуже только обвинение в государственной измене.

«Частная лавочка» – это уже намек на параллельную разведывательную структуру, которая, между прочим, может работать как на материнскую организацию, так и против нее, причем за ее же деньги.

Поэтому тут обычно следовало признание: «Сэр, этот человек заместитель гендиректора в концерне. Он дает нам информацию, потому что мы прихватили его на сексе с секретарем…»

Если этого достаточно и начальство удовлетворено, «частную лавочку» в дальнейшем разговоре заменят на «подразделение», и это означает мировую. Однако и тут успокаиваться рано, ведь если на начальника давят сверху и требуют результат или голову виноватого, давление, по закону сообщающихся сосудов, переходит на нижестоящего подчиненного.

Если подчиненный вдруг приносил результат, о липовых отчетах забывали, но если результата не было, тему «частной лавочки» снова заостряли.

Лифт остановился и открылся тотчас, значит, в холле не было никого, кто бы отвлекал контролера от его работы. А что у него за работа? Правильно, сидеть ровно и пронизывать взглядом всех входящих и выходящих.

«Толстозадый», – мысленно обозвал контролера Танжер, оттого что в лифте у него слегка испортилось настроение.

Это являлось следствием плохого сна, и, наверное, нужно было принимать снотворное, но таблетки были Танжеру противопоказаны, это он знал точно. От них он становился заторможенным и не мог выполнять работу.

Турникет открылся, и Танжер вышел в холл, замечая, что одновременно с ним из входной стеклянной двери появился офицер курьерской службы.

Вот оно как! Значит, не все тут так уж налажено! Не срабатывает система охраны, и иногда два человека все же встречаются в холле.