Перехват

Но, думаю, всех он лично принимать не будет, задействует человек пять самых основных специалистов. Это нам поможет.

– Портрет у тебя имеется?

– Да. Котик переслал мне его сразу, как только сумел снять объект.

– Сколько у тебя агентов в городе? – спросил Гвал и вздохнул. – Да знаю я, что по инструкции ты не имеешь право сообщать об этом даже мне, но я не прошу точного количества, я хочу знать, сможешь ли ты охватить, например, полицейское управление, мэрию, преступный мир? Если не дотягиваешься, попроси помощи сразу.

– Спасибо, Брай, с этим все в порядке. Я задействую все возможные каналы, от наших внедренных профессионалов до местных наемников. Они перевернут весь город и округу и найдут либо Танжера, либо членов его команды, а уж они выведут нас на него.

– Хорошо, уверен, что у тебя все получится, не зря же Манкон именно тебя выбрал для передачи агентуры, которую собирал двадцать лет.

– Манкон тоже начинал не с пустого места, – заметил капитан Гвал, которого уязвило замечание майора.

– Насколько я помню, ему передали всего четырех агентов…

– Семерых, – поправил Гвал.

– Ну, может быть, и семерых. Так вот я хочу, чтобы ты дослужил положенный срок и вместе с наградами и пожизненным ношением мундира получил возможность передать преемнику сотню агентов.

– Меня не нужно подгонять, Брай, я достаточно сильно мотивирован.

– Знаю. Мы все тут мотивированы, пока не доходит до службы внутренних расследований. Кстати, ты знаешь, как они называют наше плоскостное звукозаписывание?

– Кто? – не понял капитан.

– «Какие-то иероглифы». Представляешь? Знание восьмидесяти тысяч знакосимволов они называют «какими-то иероглифами».

– Трудно найти другой народ, который бы так гордился своим невежеством.

– Их давно следовало загнать обратно в клетки, на рисовые поля или еще куда. Когда же мы начнем наше наступление, Брай? Армии хранятся в анабиозе уже очень долго – они могут не запуститься. Сколько нам еще ждать, сидя в подземельях, мы же не гости здесь, мы здесь хозяева!

– Хозяева мы там, где наши тела почти неуязвимы.

– Я тоже часто вспоминаю Арлизон, вот где мы могли бы дать муглам сто очков вперед.

– Дали бы, Гвал. Но если бы мы остались на Арлизоне, мы назывались бы арлизонцами, а нам, нороздулам, подавай мировое господство, и вот мы здесь, готовимся начать реконкисту. Кстати, что тебя больше всего поразило здесь, когда ты приехал?

– Э-э… – Гвал потер нос. – Меня поразило, что в теплую погоду муглы носят легкую обувь.