Вдруг среди обычного шума послышался женский то ли вскрик, то ли стон, потом какая-то возня и мужское ругательство. Причем, звук шел из номера снизу. Именно эту комнату сняли наемники.
Как-то особенно громко хлопнула дверь в коридоре, а еще через несколько мгновений во дворик выбежала кормилица, которая путешествовала с наемниками. Молодая женщина была босой, в платье с разорванным подолом, светлый платок слетел с головы, волосы растрепались. Она в панике оглядывалась по сторонам, пытаясь найти место, где можно спрятаться.
И не находила.
Феликс тихо выругался. Он догадался, что произошло, и о том, что произойдет дальше. Во время путешествия наемники не трогали кормилицу. То ли сильно уставали, то ли на глазах у главаря побаивались, а теперь, отдохнув, приняв на грудь, расхрабрились и решили попытать счастья, невзирая на нежелание самой девушки.
– Кис-кис-кис, – пробормотал пьяный голос.
Послышался взрыв хохота."
"– Кисе нравится играть в догонялки... У-у-у, сейчас мы тебя найдем и накажем...
Феликс сжал кулаки, он не должен вмешиваться.
Не должен, чтобы не обнаружить себя. И тут, словно что-то почувствовав, молодая женщина посмотрела в его окно. В ее глазах плескалось такое, что Феликс не выдержал. Казалось бы, только что он стоял в комнатке на чердаке, и вот уже, лихо перемахнув через подоконник, приземлился возле тихо вскрикнувшей девушки.
– Не бойся, я помогу.
Взгляд загнанной лани полоснул по сердцу. Схватив лестницу, лежащую рядом с поленницей, Феликс поставил ее на козырек над дверью.
Саму же кормилицу увлек за собой. Дверь, замаскированная под часть поленницы, прикрывала небольшое пространство, где находился люк. Именно на него он встал, подтащив к себе молодую женщину.
Вовремя.
– Кис-кис, – протянул пьяный голос чуть растягивая слова. – Э? Не поня-ял, где о-она?
– Дубина, не видишь? На крышу полезла. Киса, хе-хе... – у второго бандита речь была более связная.
Послышался скрип ступенек, один из наемников забирался по лестнице. Девушка прижалась к Феликсу и задрожала, он в ответ обнял ее, аккуратно прижав голову к плечу, про себя молясь, чтобы кормилица молчала.
– Спук... спускайся, ду-ура! Ах, ты ж! Стерва! – бандит добавил несколько нецензурных слов. – Не пойду я ту-уда!
Правильно. Судя по заплетающемуся языку, наемник был пьян, и, понятное дело, в таком состоянии искать беглянку на наклонной крыше, не спешил.
– Не суетись, не убежит. У нас ее ребенок.
– Это когда о-она появи-ится? Мне эта... сейчас надо ""пообща-аться"".
