– Я выслушаю вас и, возможно, смогу помочь, но при условии честного рассказа о том, откуда вам известны тайные знаки разведчиков.
Он достал из кармана и положил на стол камень истины. Если взять его в руки и солгать, то он поменяет цвет на красный.
Что ж. Я все равно не собиралась врать Аламиру. Обхватив ладонью камень и развернув так, чтобы король видел, я поведала о мастере Рапьере. Камень ни разу за время моего рассказа не окрасился в красный.
– Невозможно! – воскликнул Аламир, выслушав мою историю. – Всем ветеранам этой роты, особенно тем, кто ушел по ранению, предлагают работу, если они в состоянии ее делать.
Выплачивается пенсия, обеспечивается уход, если это надо, поэтому почти никто из них не уезжает из страны. И, главное, все бойцы этой роты приносят клятву. Он просто не мог вас научить!
– Но это правда.
– Я вижу. Вы позволите моим людям приехать в Бринлек и поговорить с этим мастером Рапьером?
– Конечно!
Я даже растерялась. Неужели мой учитель дезертир и предатель? И как он смог обойти клятву?
– Но только поговорить, судить его вы не сможете.
Рапьер не ваш подданный, он мой человек, – добавила я жестко.
– Хорошо. Вы выполнили мое условие, поэтому я постараюсь помочь. – Аламир вернул меня к насущным проблемам. – Зачем вы устроили эту встречу?
– Есть серьезные основания полагать, что мне и моему сыну здесь угрожает опасность.
Камень истины из рук я так и не выпустила. Он предавал значимости моим словам.
– И муж не может вас защитить?
– Нет. Он сам некоторым образом является причиной этой опасности.
– Даже так? И вы хотите от него избавиться самым радикальным образом?
– Что?
Он решил, что я обращаюсь к нему, чтобы убить Хранвона?
– Нет! Я не настолько кровожадна. Мне нужно, чтобы вы помогли мне бежать и предоставили убежище в своей стране. Чем раньше это произойдет, тем лучше. Я не хочу, чтобы мой сын появился на свет здесь.
– Почему?"
"– Хран будет настаивать на том, чтобы я, подписав бумаги, объявила ребенка наследником Кральна. В том случае, если наш сын умрет, все мое имущество отойдет Хранвону, как ближайшему родственнику мужского пола.
Я останусь без медяшки в кармане, и буду не нужна супругу. В дальнейшем он планирует жениться на дочери эмира и получить выгоду еще и от этого брака.
– Вижу, вы уверены в том, что говорите, но...
– О том, что он хочет жениться на дочери эмира, супруг говорил мне лично, – перебила я.
Пусть Хран сказал это в первом варианте моего будущего, камень истины не покраснел.
