Онлайн-библиотека книг
И пакетов было много… ты что их, жуёшь, что ли?… горе-рыбак, никакой рыбы… Трава, похожая на чай, и электронные весы на столе… а я за сахаром пришла…
– Гриша! – завопила Маруся, и он наткнулся на кресло. Кресло перевернулось. – Я пришла! А Зина к сыну в лагерь уехала! Когда я в первый раз ходила за сахаром! А он чай рассыпал по пакетикам! По таким с застёжкой!.. Помнишь?! Ты ещё с Прокопенко разговаривал возле футбольных ворот?! А я пошла за сахаром!
– Кто, кто он-то?!
– Саня, – выдохнула Маруся, – у которого колёса пропороты! Валерик на дороге какие-то «звёздочки» раскидал, чтоб мимо него не ездили, и Саня колёса пропорол!
– Точно, – растерянно сказал Гриша.
– Потому что «звёздочки» не Валерик, а я разбросал, – сказал Константин решительно. – И не возле деревни, а в траве на подъезде к одной делянке. Там машина как раз проходит! Чего сидим, молодёжь, встаём, и в деревню быстро! А я пока в Егорьевск позвоню, пусть подкрепление высылают.
– А может… это не Саня? – дрожащим голосом спросила Маруся. – Может, в пакетиках как раз чай был, а не эта… конопля?!
– Может, и не Саня.
Константин ушёл в дом и говорил оттуда приглушённо:
– Только уж больно похоже! И чай, и пакетики, и колёса у него пропороты, а я и не знал про колёса-то!..
Он вернулся на террасу, одетый в камуфляжную форму, с какой-то портупеей через плечо.
– Маруська, – сказал Гриша и присел перед ней на корточки, – бедная моя. Ничего не поняла, даже не разглядела ничего! И из-за этого чуть не… погибла.
– Сжёг бы он её, – сказал Константин, – точно сжёг бы в сторожке этой. Конопля денег бешеных стоит, Маруся могла кому-нибудь ляпнуть, вот хоть мне!.. А я бы догадался два и два сложить. Тем более знак я им подал, что знаю про делянки, – «звёздочки» подложил! Ах, сволочи!..
Он поплотней затянул на поясе брюк солдатский ремень, подошёл и погладил Марусю по голове:
– Молодец, что вспомнила про чай-то в пакетиках.
Маруся моргнула. Помолчала.
– Ты чего молчишь? Замужняя, что ли?
Гриша вдруг засмеялся, и Маруся оглянулась на него.
– Не-ет, – протянула она. – Тётя не замужем и не выходила никогда.
