Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал!

А судя по молчанию в кабинете, дэра Раманюк тоже впечатлена.

— Более того, активизировался Нулевой пробой, — в повисшей тишине голос Радики звучит зловеще. — Наши люди на Пределе фиксируют всё новые и новые волны тварей. Что-то дестабилизирует ситуацию в нашем мире. Каждый день гибнет кто-то из Клинков, а заменить их некем. Отбор нужен нам для формирования экспедиции на Эмион, к пробою.

Раздаётся грохот отодвигаемого стула и я мысленно вижу, как в него тяжело оседает Интегра.

— Но они же дети, — голос куратора звучит глухо и потеряно.

— Они будущие Клинки. Мы не можем снимать опытных бойцов с охраны городов, с удержания Предела, — режет командующая.

— Возьмите старшекурсников, — с отчаянием предлагает Раманюк.

— Они пополнят ряды действующих подразделений Клинков. Интегра, — Ариста впервые на моей памяти обращается к куратору по имени. И звучит командующая при этом так же устало, как и её собеседница. — Ситуация не просто плохая, а хреновая. Отбору быть. Я всё сказала.

Раздаётся характерное шуршание, с которым передвигаются все Клинки.

Мы с Риком одновременно отпрыгиваем от двери. Верндари тут же хватает меня в охапку и целует. Да с таким увлечением, что по привычке лезет под юбку, и мне приходится уже не подыгрывать ему, а, наоборот, осаживать.

Поэтому, когда на пороге кабинета появляется дэра Радики в своей форменной броне, её взгляду предстаёт вполне рядовая картина. Парочка озабоченных студентов.

— К вам гости, — бросает Ариста и проходит мимо нас.

Я не знаю, как такое возможно, но вокруг неё витает ощутимое поле холода. Настолько она безэмоциональная.

— Пойдём? — Рик отрывается от меня и хитро подмигивает.

— Другого способа не придумал? — возмущённо выдыхаю я, оправляя форму. — Ладно наедине, но при командующей зачем?

— Но сработало же? — отмахивается Рик и широко раскрывает дверь. — Доброго дня, дэра Раманюк!

Мы проходим в кабинет и попадаем под изучающий взгляд Интегры. За время её постоянных отлучек она ещё больше похудела, под глазами залегли глубокие тени.

Весь её вид говорил об общем истощении. Но зная её характер, останавливаться наш куратор была не намерена.

— Присаживайтесь, есть серьёзный разговор, — выдыхает она и кивает на два кресла перед её столом.

Мы с Риком, переглянувшись, занимаем предложенные места и настороженно следим за тем, как Интегра включает свой проекционный стол.

— Всё слышали? — она выводит перед нами схематичное изображение Марфариса.