Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал!

Она уже в полной готовности — идеально сидящая форма, галстук-бант и сумка с выглядывающими прямоугольными пластинами.

А я в пижаме. Со спящей под боком Флоренс. Рыжая мадама даже ухом не повела на поднявшийся шум.

— Тогда поторопись, а то останешься без завтрака.

На её словах мой желудок решает напоминать о своём существовании утробным рычанием.

— Мне кажется, тебя не простят, — кивком указывая на источник шума, говорит Кери. — Жду на улице. Не забудь методички.

Она скрывается за перегородкой быстрее, чем я уточняю, что за методички мне нужно взять.

В спальне хлопает дверь, и я остаюсь в полной тишине. Оглядываюсь вокруг, с каким-то безразличием отмечая, что всё ещё в этом мире. Переживания будто бы дают мне передышку, отодвинувшись на дальний план. На сегодня у меня много дел. И самым важным среди них, как и вчера, является достоверный отыгрыш роли Адель виле Хиларике. Самое время познакомиться с ней поближе.

Откидываю одеяло, попутно сваливая на пол Фло.

— Ах, оставь меня!

И нагло принимается сопеть, явно намереваясь спать дальше.

— Рота, подъём! — кричу я, подкидывая нахалку вместе одеялом. — Вдруг война, а мы голодные!

— Откуда у тебя эти солдафонские выражения? — пищит эта рыжая в промежутках между полётом и падением.

— Папа у меня прапорщик! — выдаю я, отпуская добычу на кровать.

— Это что-то должно мне сказать? — деловито вскидывает бровки Фло и принимается прихорашиваться.

— Многое, — говорю я, ощущая неприятный укол в сердце. Я уже скучаю. — Но я тебе потом расскажу. У нас сегодня большой день. Вдруг к вечеру ты уже получишь свою настоящую Дэль?

— Даже так? — ехидно щурится та. — А оно мне надо? Ты вроде бы ничего, послушная.

— Язва, — показываю ей язык.

Принимаюсь за сборы. Форму нахожу там же, где и оставила её вчера. Вчерашняя обувь меня не особо вдохновляет, и я перерываю все коробки в поисках удобных мокасин. Чует моя попа — сегодня будет много беготни.

— Шорты, — говорит мне Фло, когда я уже берусь за ручку двери.

Смотрю на неё в недоумении.

— Шорты, говорю, возьми с собой.