Пересекая границу реальности Книга 2.

Но поступил он так вовсе не потому, что подчинился требованию явившегося изгнанника с Запада, а только для того, чтобы задвинуть меня к себе за спину и освободить руки дабы иметь возможность отразить возможную атаку с его стороны.

Эрелл же не обратил на действия своего потенциального противника никакого внимания. Его интересовала исключительно моя персона, что только подтвердили сказанные мужчиной далее слова:

- Ты в порядке, Джорджиана?

- Да, - кивнула, выходя из-за спины своего жениха, и довольно остро ощущая его недовольство по этому поводу.

- Делаю? – закончил за меня «ледяной дракон» и знакомо усмехнулся.

- Да. Я не думала, что мы увидимся так скоро.

- Так, спасать тебя пришёл! Я же, вроде как, твоя «тень», помнишь? Ощутил, что тебе плохо, и…

- Это семейные вопросы, изгнанник, с которыми мы разберемся сами! – вмешался Танши, не дав незваному гостю договорить. - Тебе нечего тут делать!

- Отнюдь, Ал'Шурраг! - улыбка третьего сильнейшего крылатого Запада стала совсем уж издевательской, а он сам демонстративно сложил руки на груди, давая понять, что никуда уходить не собирается.

- Изгнанник…- голос стоящего рядом со мной мужчины опустился до тех же самых температур, как при недавном разговоре с леди Иллириэль, и я поняла, что пришла пора высказаться самой, пока эти двое от словесной пикировки не перешли к разговору с оружием в руках.

- Эрелл, спасибо тебе за заботу, но пока я могу справляться со своими проблемами сама, я буду это делать. От обещанного ранее разговора - не отказываюсь, но давай не сегодня, ладно?

- Как скажешь, котёнок! – прозвучало в ответ ироничное, что немедля вызвало у меня желание стукнуть этого белобрысого гада, который стоял тут и ёрничал: не то пытаясь этим спровоцировать Танши на открытый конфликт, не то просто проверяя границу его терпения.

Последний, впрочем, это тоже отлично понимал, и на провокацию не велся. Ну, почти. Блондина выдавали напрягшиеся плечи, превратившееся в совершенно нечитаемую маску лицо, и потемневший до свинцового оттенка взор, которым тот буквально прожигал стоящего напротив крылатого.