Что-нибудь болит?
Нет.
У вас губа распухла и кровоточит. Вам нужно к медикам, мужчина говорит спокойно, тихо и мягко.
Нет. Сначала нужно помочь Честеру.
Ему уже помогают.
Я от него не отойду."
"Хорошо. У вас замечательный защитник и друг. Гладьте его, нашептывайте ласковые слова. Как только он почувствует, что вы спокойны, он отпустит того, кто вас хотел обидеть.
Делаю так, как и сказал Платов, и очень стараюсь успокоить дыхание, пульс и больше не думать ни о чем плохом. Я нервничаю, но нервничаю из-за самого Честера, но мой страх ему только вредит.
В какой-то момент удалось расслабиться и пес тут же отпустил добычу. После этого события Платов тут же приказал везти меня и собаку в медпункт. Кто-то спросил у организатора, а почему бы и не захватить сразу и моего обидчика, на что Данил Сергеевич молча отрицательно покачал головой.
Когда уже загружалась на дороге в приехавшую машину, в окрестностях раздался дикий мужской вопль. Словно там в кустах кого-то режут.
Мы с ветеринаром переглянулись.
Мужчина пожал плечами, безразлично хмыкнул и сел в автомобиль. Честер, который к счастью смог передвигаться сам, тоже как-то так хмыкнув, запрыгнул на застеленное клеенкой сидение следом.
Ну ладно.
На дворе глубокая ночь. Сидим вместе с Мишей и Честером уже целых два часа в одной из комнат здания аппаратной, попили чай, болтаем. Голова у Честера тщательно перебинтована, ветеринар сказал, что ничего страшного, череп у пса крепкий, шкура толстая, так что жить будет, причем баз последствий, что меня несказанно обрадовало.
Миша меня веселит и всячески отвлекает, хороший он все-таки. А сидим мы здесь, поскольку ожидаем куратора и его допроса по происшествию. Я могла бы и одна ждать, но Вебер вызвался скрасить мой досуг, за что ему большое спасибо.
Эх, скорее бы уже этот голодный месяц закончился, а то скукота, все участники такие угрюмые ходят, на контакт плохо идут. Миша зевает, я и сама клюю носом. Ведущий уже давно подставил мне свое плечо, на которое я с удобством облокотилась.
Чувствую, если Данил Сергеевич вскоре не придет, мы с Мишей и Честером тут так и уснем на диване.
А что будет после голодного месяца?
О, небольшая передышка перед новыми трудовыми подвигами и развлечения, Михаил, поднял руку, на которую мне так удобно было опираться, и я скатилась мужчине под мышку. Правым ухом теперь слушаю мерное биение сердца Вебера, а мужская рука покровительственно лежим на моем плече. Хорошо.
