Перешагнуть пропасть

Решив не вмешиваться и подождать развязки, ведь шесть нападающих животных не должны были представлять особой опасности для обороняющихся, я уже хотел отползти назад и оттуда проконтролировать ситуацию, так, на всякий случай. Вдруг им все-таки нужна будет помощь.

Но тут случайно мой обострившийся слух уловил какое-то сопение справа, а нос учуял не очень приятный запах псины.

«А нет, не шести», – приглядевшись внимательнее к шелохнувшимся вблизи меня кустам, я заметил еще одного волка, и этот был лишь на несколько сантиметров меньше того первого, увиденного мной в галерее пещеры.

И главное, волк меня пока не заметил.

«Ждут они все появления вожака, – пришло ко мне понимание общей диспозиции на поляне, – вот почему все замерло в таком хрупком равновесии. Волки без вожака не нападут, а люди знают о нем и хотят подловить его на прыжке. Но я помню, насколько он опасен и насколько сложно его остановить, если не знать, куда стрелять, при том один стрелок в их случае не сможет его затормозить, будь у него хоть слонобой.

Нужен парный выстрел в одну точку. А это значит, что он вклинится в их защитное каре и разнесет его на части. А остальные волки доведут начатое нападение до конца, и людям на поляне не поможет даже оружие в их руках, они просто ничего не успеют сделать. Необходимо что-то срочно предпринять».

И я рассмотрел свою позицию с точки зрения защиты людей и нападения на волка.

«Хищник меня не видит и находится ко мне боком, как раз подставив под выстрел уязвимую точку в районе шеи.

Но ее не очень хорошо видно из-за того, что зверь припал к земле. А значит надо дожидаться прыжка и начать стрелять, когда он поднимется», – произвел я оценку своей позиции относительно главной цели.

«С этим все ясно. Чем еще я смогу помочь людям?»

И оглядел поляну еще раз. Мне было прекрасно видно двух волков на поляне, и еще один должен был показаться в зоне обстрела, когда начнет движение. Но он был относительно далеко.

Распределив цели так, чтобы не дергаться и плавно переводить руку с одного зверя на другого, я сосредоточился и стал ожидать кульминационного момента, который мог решить очень многое.

Никакого мандража или переживаний, четкая постановка на цель и знание, как этой цели достичь.

Правда, того состояния кристальной ясности сознания и растянувшегося времени не было. Но я все равно точно знал, куда попадет каждая выпущенная мною пуля.