Перешагнуть пропасть

Например, двухкомнатную квартиру за полцены. Плюс хороший оклад. Нам важен комфорт проживания наших жильцов, и мы готовы платить за это.

– У меня есть на примете один тролль. Бывший капитан ВКС (военно-космических сил).

– Подожди. Это еще не всё. Подобное обслуживание и остального имущества нашей компании будет завязано на этого человека. Поэтому здесь потребуется определенный опыт работы с такой аппаратурой.

Колин кивнул мне головой и ответил:

– Он у него есть. Трав, так его зовут, проработал диспетчером одной из оборонных станций во внешних секторах Фронтира.

Пару лет назад на их станцию напали пираты. Он был одним из немногих выживших, но получил сильные ранения и теперь инвалид. Все время в инвалидной коляске. Медики не смогли восстановить ему нижнюю половину тела. Она была сожжена бластерами развлекающихся пиратов. Но это сильный тролль, и он не потерял воли к жизни и былой хватки. Старается, как может. Но никто не готов взять калеку на работу. И поэтому у него все чаще опускаются руки. Община старается помогать ему, но он солдат и привык решать свои проблемы сам. Я думаю, он идеально подойдет для этой работы. Ваша работа будто специально создана для него.

– Хорошо, сбросьте мне его контакт, я свяжусь с ним.

– Лови, – ответил тролль и прислал мне личный код некоего Трава Рука.

– Готово, – подтвердил я. – Теперь у меня всё. Больше никаких вопросов или предложений нет.

– Ну, тогда давай, до свидания. Пойду теперь займусь нашими общими делами, – сказал тролль вставая и протягивая мне руку.

Я попрощался с ним и уже хотел заказать себе тоник, как из-за двери, куда вышел Колин, раздался удивленный голос:

– Энака, привет. Ты чего здесь?

– Здравствуйте, мастер, – раздался приятный женский голос, – у меня тут назначена встреча.

– Неужели нашла нормальную работу? – радостно спросил он.

Но видимо, девушка молча покачала головой или еще как-то дала отрицательный ответ, потому что Колин произнес:

– Опять тебя ваш гаденыш подставил?

– Да, – раздался тихий ответ.

– Говорил я тебе – иди к нам. Мы все равно хоть и не соплеменники, но соотечественники. Не бросили бы тебя. Тем более твой дядя был моим другом. Да и Тро он не раз жизнь спасал во время войны. Придумали бы что-нибудь.

– Вы же знаете, что это позор на всю семью. Тем более мою.

– Да знаю. И потому бешусь, – и немного помолчав, спросил: – Сколько тебе хоть осталось-то?

– Последний, – очень тихо, почти шёпотом ответили за дверью.