Переводчик

С ужасом посмотрел на свои полкружки водки и подумал, что его точно будут выносить."

"Шевченко, больше ни слова не говоря, выпил. Олег знал, что сейчас надо выпить так, чтобы ничего в кружке не осталось. Традиция.

Водка не лезла в горло. Организм противился, но Олег, собрав волю в кулак, выпил до дна. Сев на ящик от снарядов, служивший стулом, понял, что уже сам встать не сможет.

Иванов подмигнул:

— Это только начало…

— А что будет еще? — спросил Олег, чувствуя, как заплетается язык.

— Кроме водки еще будет война.

— Война уже есть, — возразил Олег.

Ему показалось странным, что Глеб говорит о войне, как о чем-то еще не начавшемся. Ведь война началась в августе, а сейчас уже март…

— Война есть для тех, кто воюет. А я, ты и вся моя рота еще не воевали. Для нас войны пока нет. Она только ждет нас. Ждет наши души. Ждет наши тела. Ждет наши жизни…

Олег знал, что Иванов воевал в ту, первую, войну, был ранен и уж точно он знал, что есть война. Олег хотел что-то спросить, но почему-то задал совсем глупый вопрос:

— Товарищ капитан, а на войне страшно?

Сидевший рядом с Олегом Лунин на миг повернулся, посмотрел на Олега глазами полными презрения и снова отвернулся.

— Сейчас тебе страшно? — спросил Глеб.

Олег прислушался к себе.

— Нет.

— В бою тоже не страшно. Если инициатива за тобой. Если охотник — ты.

— А на войне?

Глеб не ответил на вопрос и продолжил свой монолог:

— Сейчас тебе не страшно потому, что ты выпил водки. Если ты не будешь пить здесь водку, то от страха сойдешь с ума.

— Например? — спросил Олег.

Глеб не ответил. Он начал пережевывать тушенку, а потом опять долго молчал. Олег дотянулся до банки с кашей и подцепил немного на вилку. Проглотил, не чувствуя вкуса. Посмотрел на Иванова. Глеб спросил:

— Зачем ты согласился ехать сюда?

— У меня есть подруга, на которой я хочу жениться, — сказал Олег. — У нас было все хорошо, но потом я застал ее с парнем.

— И ты решил ей что-то доказать?

— Да. Я пошел в военкомат, и сказал, что хочу служить.

— И тебя, выпускника МГИМО взяли в армию?

— Военком тоже удивился. Еще больше он удивился, когда мой папа приехал к нему…

— А кто у нас папа?

— Советник министра иностранных дел.

— Кто??? — Иванов чуть не поперхнулся.