Жаль, Злата оказалась настолько правильной и даже не поинтересовалась, что же это за волшебное эльфийское место с такими интересными напитками. Придется добывать информацию самостоятельно.
Кариэлю постелили на веранде. Мама Златы – милейшая женщина, к тому же отлично готовившая – так переживала, что они не могут достойно разместить эльфийского посла, что Кариэля в который раз кольнула совесть. И еще сожаление, что он не может просто взять и успокоить ее словами. Ведь ему доводилось ночевать в куда более худших условиях, одни придорожные постоялые дворы чего стоили, а бывало и вообще под открытым небом или на каком-нибудь сеновале.
А здесь уютная верандочка, в которой сушили душистые травы: на стене на гвоздиках висели пучки зверобоя, дымянки, вербейника. В холщовых мешочках рядом он унюхал листья мелиссы и пижмы. Постельное белье было свежим до хруста, за окном, затянутым марлей, пели цикады и вечерние птицы.
А главное – отовсюду веяло уютом и спокойствием, которое можно создать только в настоящем доме.
Нет – Доме. В своем Кариэль бывал так редко, что сейчас неожиданно стало грустно. Почти пятнадцать лет он мастер поиска, пять из которых занимается Лунным шепотом.
Закончит с этим делом – и переведется на работу поспокойнее. Нельзя жить так все время.
Или он просто стареет?
Эльф поспешно отогнал страшные мысли о надвигающейся старости, ему до нее еще далеко. Просто вид большой дружной семьи так на него подействовал. Зря Злата не хотела ехать, у нее здесь здорово.
Здорово, когда есть куда вернуться.
Кариэль около часа пролежал в кровати, дожидаясь, пока дом заснет. Он осторожно свесил правую руку, коснувшись ею пола, и татуировка удлинилась, тонкой черной тенью просочилась под дверь и в считанные минуты обежала весь дом, подтверждая, что все его обитателя спят. Все, кроме Златы и ее сестры. Они разговаривали, и Кариэль не рискнуть подслушивать – вдруг девушка почувствует. Она, конечно, маг весьма посредственный, но мало ли. От обладательницы такой сумки, с которой переводчица, видимо, не расставалась, можно ожидать всего.
Но его интересовала другая часть дома. Хотен спал один в небольшой, даже крошечной комнатке, видимо, другого места самому младшему члену семьи не нашлось. А может, парень сам вытребовал собственный отдельный уголок, что было только на руку Кариэлю.
Он осторожно, так, чтобы не скрипнула ни одна половица, дошел на цыпочках до комнатушки, приоткрыл дверь и скользнул внутрь.
