Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы

После этого крупье снова запустил шарик и сосредоточил все внимание на игорном столе.

Мейсон подошел к Дрейку. Ждали они две или три минуты. Дрейк явно чувствовал себя некомфортно. Мейсон же стоял спокойно, с отстраненным видом наблюдая за происходящим в зале, – вел себя как сторонний наблюдатель без особого интереса к игре. Затем к Дрейку подошел мужчина, который унес с собой чек.

– Пожалуйста, пройдите со мной, мистер Оксман, – пригласил он.

Детектив нерешительно, взглянул на Перри Мейсона.

– Хорошо, я пойду с тобой, – произнес Мейсон.

Мужчина в смокинге оценивающе оглядел Мейсона без какого-либо дружелюбия во взгляде.

– Я пришел вместе с этим господином, – пояснил Мейсон. – Показывайте, куда идти.

Мужчина развернулся, пересек игральный зал и подошел к двери, перед которой стоял охранник в синей форме с пистолетом на боку, причем пистолет в кобуре висел так, что сразу привлекал внимание. На пиджаке у него висел серебряный значок со словами «Служба безопасности».

Мужчина в смокинге кивнул охраннику, распахнул дверь и обратился к Мейсону и Дрейку:

Они оказались в довольно узком коридоре, прошли по нему до резкого поворота под углом девяносто градусов.

За ним они увидели открытую дверь. Все трое вошли в эту дверь и теперь оказались в приемной. Их провожатый пересек приемную и остановился в ожидании перед массивной дверью из красного дерева.

В двери приоткрылся глазок, потом щелкнул замок и послышался мужской голос:

Мужчина в смокинге распахнул дверь для Мейсона и Дрейка и придержал ее.

Мейсон первым шагнул внутрь и оказался в роскошно обставленном кабинете. Мужчина невысокого роста и плотного телосложения с отечным лицом скривил полные губы, пытаясь изобразить дружескую улыбку. Глаза его казались совершенно белесыми – как крахмальный воротничок его рубашки – и столь же жесткими и невыразительными.

– Это мистер Гриб, – представил провожатый, потом вышел в приемную и закрыл за собой тяжелую дверь. Мейсон услышал, как щелкнул пружинный замок.

– Простите, – сказал Гриб, подошел к двери и потянул за какой-то рычаг. В результате все железные задвижки и засовы вошли в свои гнезда. После этого Гриб пересек кабинет и снова уселся во вращающееся кресло за огромным письменным столом, столешница которого была покрыта куском листового стекла.

На столешнице не лежало ни единой бумажки, если не считать чека, только что выписанного Дрейком. Чек в свою очередь лежал на ежедневнике в коричневом кожаном переплете.