Перри Мейсон. Дело об изъеденной молью норке. Дело об одинокой наследнице

Такой полицейский, каким был Боб Кларемонт. В его собственном револьвере не осталось бы шести пуль. Он сумел бы сделать хотя бы один выстрел. Если, конечно, он велел машине притормозить, чтобы что-то там проверить.

— А где его револьвер? — поинтересовался Мейсон.

— Вы, естественно, все тщательно обыскали?

— Не то слово. Гребенкой прочесали по обе стороны дороги. Осмотрели каждый дюйм, даже использовали миноискатели.

— Как я предполагаю, вы мне все это рассказываете с какой-то определенной целью?

— Конечно, — кивнул Трэгг.

 — Боба Кларемонта убили семнадцатого сентября — год назад… Поверьте, Мейсон, мы перевернули все. У нас был один подозреваемый.

— Не называйте имени, если не хотите, — сказал Мейсон. — Я просто пытаюсь вникнуть в суть дела.

— Нет, я вам его назову. Я выкладываю все свои карты на стол, потому что это может оказаться чрезвычайно важно, Мейсон. Фамилия подозреваемого — Седжвик. Томас Е. Седжвик. Он держал тотализатор. Кларемонт охотился за ним, надеялся собрать досье и засадить за решетку.

Кларемонт не успел еще выяснить все аспекты дела, то есть он знал, где там собака зарыта, но до поры до времени придерживал всю имеющуюся информацию. Он не любил действовать через осведомителей, предпочитал сам собирать доказательства. Он занимался Седжвиком, когда его застрелили. Мы думали допросить Седжвика после совершения убийства. У нас не было на него ничего конкретного, мы просто знали, что Кларемонт по нему работал.

— Но нам не удалось отыскать Седжвика. Он исчез, провалился сквозь землю.

Нам очень хотелось бы выяснить, где находился Томас Е. Седжвик в момент убийства.

— У вас на него было только то, что Кларемонт собирал на него досье?

— Седжвик держал киоск и торговал сигаретами, — объяснил Трэгг. — Дела у него шли неплохо. Даже прекрасно, если сложить все вместе. А в ту ночь, когда убили Кларемонта, Седжвик уехал из города. На следующий день сигаретами торговал уже другой человек. Он сообщил нам, что Седжвик продал ему дело за тысячу долларов, он представил в подтверждение документы.

Он уже неделю или дней десять вел с Седжвиком переговоры о том, чтобы купить киоск, а в ту ночь, в два часа, Седжвик позвонил ему по телефону и заявил, что, если он готов немедленно заплатить ему тысячу наличными, то сигаретное дело — его, аренда, оставшиеся запасы, в общем все, что имелось в наличии. Парень воспользовался шансом. Седжвик наотрез отказался от чека. Ему требовались наличные. В конце концов покупателю удалось собрать нужную сумму.