Она…
— Так, сейчас не время для тактичности, — сказал Мейсон, глядя на миссис Фарго. — Ваш муж мертв.
— Что? — воскликнула миссис Ингрэм.
Миссис Фарго слегка покачнулась, ее глаза округлились.
— Артман мертв?! — переспросила она."
"— Да, — подтвердил Мейсон. — И давайте не будем ужасаться и заламывать руки. Обойдемся без драматизма. Сейчас не время для этого. Мне кажется, что полиция доберется до вас через час или два. За это время мы должны выяснить множество вещей и сделать это быстро. Так что не будем рассусоливать и переходим к делу.
Сразу же!
— Артман… Это невозможно. У него было отличное здоровье. Он…
— Его убили, — перебил Мейсон.
— Как убили?
— Кто-то воткнул нож ему в горло сбоку. Очевидно, что эта демонстрация чувств, если мы можем ее так назвать, произошла на верхнем этаже вашего дома примерно в десять часов утра, может, в половине одиннадцатого. Он пытался выбежать из дома. Он добрался до начала лестницы на втором этаже, а там, очевидно, потерял сознание, скатился вниз по ступенькам и рухнул в холле внизу, примерно в двух футах от входной двери.
Вы что-нибудь знаете об этом?
— Я? Откуда я могу что-то об этом знать? Мистер Мейсон, что вы хотите этим сказать? Вы первый, от кого я это слышу. Я… Мама, ты что-то слышала об этом?
Миссис Ингрэм покачала головой.
— Вас будут допрашивать, — предупредил Мейсон. — Полиция захочет знать, где вы были в это время.
— В какое время?
— С десяти до половины одиннадцатого утра.
— Слава богу, я точно знаю, где была.
В половине одиннадцатого я была в автобусе.
— Вы с кем-нибудь разговаривали?
Она нахмурилась в задумчивости, потом кивнула.
— Да, разговаривала. Со мной вместе ехал один очень милый джентльмен, пожилой и очень много знающий. По-моему, он раньше работал в нефтяной компании или какой-то подобной. Он сошел в Бейкерсфилде. Был еще пьяный, который сидел рядом со мной, и еще на отрезке от Бейкерсфилда до Фресно я разговаривала с одной женщиной.
Не знаю, кто она такая. После Фресно я пересела, рядом со мной оказалась другая женщина, которая ехала в Сакраменто, чтобы выступать свидетельницей на бракоразводном процессе своей дочери. Кажется, ее фамилия Оланта. Странная фамилия. Да, именно так: миссис Оланта. А фамилия дочери Пелхэм. Суд должен состояться завтра утром. Я помню, что она много рассуждала о разводах, мужьях и женах, о трудностях семейной жизни и о том, как сложно строить отношения.
