Для них ситуация была штатной: ионный душ, лифт, личные отсеки для хранения спецкостюма и амуниции.
Капитану и пилотам снимать десантный доспех пришлось прямо в ангаре. Им помогали техники — без навыка так просто не разоблачишься. Десантники — те и к более тяжёлому обвесу привычные, а пилоты всё-таки чаще всего работают в компрессионном костюме, без лишней защиты и оружия.
Неджел куда-то слинял, Дарам помогал грузить на платформу железные шары, получившиеся из хаттов. Только капитан всё ещё возился с доспехом, а вокруг него суетилось с десяток техников и дежурных по палубе.
Дерен вздохнул и пошёл в оранжерею. Там тихо, а в каюте может поджидать Рэмка с расспросами.
Кэп и в самом деле подзадержался. Ему было особенно неловко в десантной броне. Он понял, что забыл, как она снимается."
"К счастью, набежали помощники, стали отстёгивать бесчисленные крепления, негромко переговариваясь между собой:
— А чего это Млич сказал, что миссия отменяется?
— Ядрёны пассатижи, так значит, обратно уже летим?
— А заложники? Что там за заложники, а? Наши-то — все целы?
— А Неджел где?
— Да вон он, в тени шлюпки стоит.
— А хатты-то были на «Благодати» или нет?
— Надо десант спросить…
— А ну, отставить про хаттов! — нахмурился капитан. — И к десанту с вопросами не лезть! Ясно вам?
Под нестройное: «слушаюсь» и «так точно», он освободился наконец от брони и зашагал к выходу из ангара.
Поднявшись на лифте до первой палубы, кэп пошёл пешком по длинному радиальному коридору.
Ходьба успокаивала.
И коридор был благостно пуст — повезло. Можно было идти и ни о чём не думать, выбрасывая из головы одну навязчивую мысль за другой.
Последней была мысль про отчёт, и капитан, спрятавшись в лифтовой нише, как Рэмка от Дерена, быстро набрал сообщение генералу Мерису.
Коротко, без аналитики: вышли там-то, увидели то-то, догнали «Благодать», произвели принудительную швартовку. Экипаж погиб, зато поймали двух хаттов.
Подумав, кэп поискал в базе крейсера съёмки — автоматика доспехов должна была сделать полноценное головидео.
Не нашёл, написал главному технику, чтобы залили в корабельную сеть.
Написал генералу, что голо пришлёт чуть позже, требуется обработка.
Спецбраслет молчал — генерал Мерис переваривал донесение. Можно было поесть наконец что-нибудь. Или выпить.
Капитан свернул с радиалки к лифту и поднялся в буфет. Спиртное на рейде он запретил сам, и просить его налить в офицерской столовой было бы как-то неправильно.
