Перстень Иуды

Впрочем, был ли он предателем – тоже большой вопрос.

Часть первая

Легионер Марк

Глава 1

Римская хватка

70 год н. э., Иудея

На востоке небо уже посерело, а сына водовоза Кфира еще не было. Двенадцатилетний Яир стоял, прислонившись к глиняной стене овчарни, и по обыкновению грыз и без того изуродованные ногти. За кривой стеной блеяли овцы в ожидании, когда их выпустят из тесного загона, где-то надрывался петух, оповещая жителей маленького Гноца о начале нового дня.

Яир присел на корточки. Это был худой высокий мальчишка с копной рыжих волос на узкой голове.

Его обуревали два чувства: голод и злоба. Сколько он себя помнил, ему всегда хотелось есть. Но дома еды никогда не было: мать сама голодала, а раздобыть пропитание в местечке было очень трудно. Только на праздник случалось получить кусок лепешки, а еще когда кто-то умирал или женился. Он ненавидел тех, кто мог ежедневно есть. Особенно тех, кто ел по нескольку раз на дню. А в Гноце были и такие! И маленький засранец Кфир ел ежедневно – утром, когда его отец Рафаил отправлялся на ослах к каналу, и вечером, когда тот возвращался, развезя воду по домам заказчиков. Собственно говоря, Яир и терпел-то подле себя этого щенка потому, что тот таскал для него то кусок лепешки, то крошево козьего сыра.

Наконец, он услышал торопливые легкие шаги, а мгновенье спустя появился Кфир. Ожидавший поднялся и, не скрывая своего раздражения, приглушенно спросил:

– Почему так поздно? Уже светает…

– Раньше не мог.

– Поесть принес?

Маленький курчавый десятилетний мальчик, едва доходивший Яиру до плеча, молча достал из-за пазухи кусок лепешки.

– Это и все?!

Тот молча кивнул.

– А сыр?..

– Не смог.

– Не смог, не смог, – передразнил Яир, жадно вгрызаясь в лепешку. – А что ты можешь!.. Путь неблизкий, вернемся только к вечеру.

– А может, не пойдем? – неуверенно произнес малыш. – Сегодня дочку Двойры выдают замуж. Музыка будет, весело. Да и поесть, наверно, можно будет…

Последнее предположение было весьма заманчивым, но Яир подавил минутную слабость и решительно произнес:

– Решили идти, значит, пойдем!

– Я вообще-то не хочу, – тихо произнес Кфир, потупив глаза.

– Что, боишься?! – взвизгнул товарищ.

Малыш кивнул головой.

– Да. На дорогах римские солдаты, они ловят людей и прибивают их к крестам… Отец сам видел!"

"– Трус! Прибивают восставших, а не мирных крестьян. Тем более не детей. Какой же ты Кфир?! Кфир – это львенок.