Первая кровь

Его люди выступали в качестве свидетелей, а также настроили камеру на треноге, чтобы заснять все для Терехова. Тео решил послать врагу свадебный подарок."

"Эвелин не задала не единого вопроса, когда он подвел ее к священнику и встал напротив, продолжая держать ее руку в своей. Она лишь смотрела на него из-под ресниц, дерзко улыбаясь. Всю короткую речь преподобного Тео пропустил мимо ушей, фантазируя, что сделает с ней, как только они окажутся одни. Ее невинный вид в этом воздушном платье заставлял его кровь кипеть.

Он изголодался по ней.

Тео хотел трахнуть Эвелин прямо в этом платье и кончить на ее сиськи, так соблазнительно приподнятые тугим корсетом. А потом хотел сорвать его с нее, потому что это была тряпка, купленная на деньги Виктора Терехова! Этот ублюдок получит занятное шоу сегодня вечером.

Только когда священник обвязал их руки лентой, скрепляя вместе, и обратился к нему напрямую, мужчина пришел в себя, глуша похотливые мысли.

– Я, Теодоро Марко Гвидиче, – уверенно повторил он за стариком.

Когда Эвелин попросили повторить клятву, она застыла. Только смотрела на него, не отрываясь, своими хитрыми синими глазами словно ждала чего-то, возможно каких-то слов, но Тео взглядом приказал ей сделать это. И на удивление, она послушалась.

– Я, Эвелин Эванджелин Петров, – четко произнесла она. – Беру тебя, Теодоро Марко Гвидиче, в законные мужья, чтобы всегда быть вместе в радости и горе, в бедности и богатстве, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас.

Священник освятил кольца и подал им. Когда Эвелин протянула ему ладонь, Тео с яростью отметил, что поверх перчатки на ней надето помолвочное кольцо Виктора. Едва сдерживаясь, чтобы не причинить ей боль, он нетерпеливо снял его с ее пальчика и отшвырнул в сторону, снимая следом и перчатку, чтобы надеть на нее свое кольцо – тонкий платиновый ободок.

Эвелин взяла идентичное кольцо большего размера, выбранное им для себя, и надела на него слегка дрожащей рукой. На ее лице отразилась неуверенность, когда их объявили мужем и женой, а Тео не сделал попытки поцеловать ее.

– Ты должна расписаться, – сказал он, не желая делать этого при свидетелях, потому что, как только их губы соприкоснутся, он уже не сможет отпустить ее, не трахнув перед этим.

– Должна ли? – видимо, обидевшись, резко бросила девушка.