А потом понеслось… давай как-нибудь в другой раз, – попросила Коваль, не в силах снова переживать свою жизнь за последние восемь лет. – Просто так сложилось. Теперь вот сижу с чужим паспортом, сломанной рукой и хромой ногой, а мне ведь всего тридцать три года, прикинь?
– А с ногой что у тебя?
– Ранение в позвоночник. Говорили, что вообще не встану, ходить не буду, останусь в инвалидном кресле. Но я настырная, – усмехнулась Марина и взяла веточку петрушки, покрутив ее перед глазами. – И вообще – я столько раз слышала фразу про то, что не выживу, не встану… а уж муж мой сколько раз ее слышал – не сосчитаешь! Но я вставала, снова жила, снова занималась тем, чем и раньше.
Странно, да?
Он вдруг подсел к ней и обнял за плечи, прижав к себе и поглаживая по голове, и Коваль неожиданно расплакалась, всхлипывая, совсем как маленькая.
– Ну, что ты, дочка, не надо, – прижимая ее все крепче, бормотал отец. – Я не хотел тебя расстроить… Не плачь, детка… Прости меня, дорогая, я так виноват перед тобой. – В его голосе тоже послышались слезы.
Возможно, он и в самом деле чувствовал то, что говорил, почему нет? Но пора уже брать себя в руки, а то что-то стала в слезы бросаться по любому поводу. Марина вытерла глаза и попросила:
– Поедем отсюда, скоро Грег вернется и потеряет меня.
Он подал ей трость, помог набросить белое пальто, которое Егор уговорил ее купить три дня назад вместо норки – было совсем тепло, и они вышли из ресторана на улицу. Оказывается, уже вечер, с удивлением отметила Марина, надо же, как время пролетело! Сев в машину, глянула на отца – в конце концов, пора бы и прекратить называть его всякими прочими словечками, отец все же.
Он сел за руль, повернул ключ в зажигании и подмигнул ей в зеркало:
– Поехали к твоему приятелю, а то волноваться станет!
Он проводил Марину до номера и сдал на руки мужа:
– Вот ваша красавица, Грег, все в порядке. А завтра приглашаю вас к себе на ужин, будем знакомиться с семьей. И не возражай, дорогая! Заеду в семь, будьте готовы.
Он попрощался и уехал, а Егор внимательно посмотрел на жену:
– Я не совсем понял – это что было?
– Что непонятного? Я послушалась твоего совета, возможно, в первый раз в жизни – ведь ты просил не зарекаться…
Марина сбросила ему на руки пальто и села на диван, вытянув ноги.
Егор довольно улыбался – еще бы ему не радоваться, сумел наконец обломать непокорную жену! Стянув с нее сапоги, он спросил:
– Гипс-то сняли?
– Сняли, сказали, срослось нормально, только пока нагрузок больших нельзя.
