Первая жена (СИ)

Недоуменно смотрю на черное кружево, что держу в руке.

Я сорвал с нее трусы.

Майя отскакивает от меня на другой конец дивана, смотрит возмущенно.

— Ты совсем того…

А я разжимаю кулак и бездумно разглядываю трусики.

Симпатичные такие, черные, кружевные, миниатюрные… были. Такие не станешь надевать, если не хочешь никому показывать, верно? Значит, Майя хотела? Или по крайней мере предполагала такую возможность.

— Артем, иди к себе! — Майя смотрит на меня исподлобья.

А я откидываю в сторону ее трусики и выдаю:"

"— Не хочу никуда уходить, с тобой хочу… Семью восстановить, отношения.

— Зачем тебе это? — спрашивает она. — Если из-за Ники, то это совершенно не обязательно, мы сможем и так…

— Да при чем тут вообще Ника? — развожу руками. — Я ведь и до нее хотел с тобой мириться. Готов был на все… Хоть одну причину назови, почему ты меня все время гонишь? Ты все еще обижаешься? Мне искренне жаль…

— Просто не понимаю, зачем я тебе? — горько вздыхает она. — Не прийди я к тебе просить помощи для Поли, ты ведь и не вспомнил бы про меня.

Жил бы дальше своей жизнью…

— Начнем с того, что я про тебя никогда и не забывал! — пытаюсь доказать очевидное. — И я не жил своей жизнью. Я какую-то чужую жизнь жил! Притворялся, что у меня все хорошо, что я в порядке, даже местами счастлив. Но это все была картинка на публику, а в душе у меня была черная дыра.

Майя недоверчиво на меня смотрит, а потом вдруг шепчет:

— Знакомое чувство…

Я цепляюсь за это, как за спасательный круг, и продолжаю:

— Ты мне вот что скажи.

Недавно ты предъявила мне, что я заставил тебя с собой спать. Я думал, это было не так. Я думал, ты спала со мной, потому что тебе нравилось, потому что ты тоже хотела. Я ведь в сердцах тогда ляпнул про постель и договор этот уродский… Скажи, ты совсем не хотела этого? Через силу в койку ко мне ложилась? Потому что если это так, то я сейчас, конечно же, уйду. Больше не трону тебя…

Майя не отвечает.

Прячет взгляд и отчаянно краснеет.

— Ты любишь меня? — наконец задаю самый важный для меня вопрос.

— Хоть немного, хоть самую малость любишь?

Я замолкаю, внутренне сжимаюсь, готовлюсь к тому, что Майя вполне может сказать: «Нет».

Но она отвечает вполне четко:

— Люблю…

При этом поворачивает лицо ко мне и смотрит как испуганный олененок. Будто она боится меня любить. А все же любит.

Секунда — и я уже совсем рядом, дышу ей в губы, прошу охрипшим голосом:

— Повтори, пожалуйста, а то я не расслышал.

— Очень люблю, — говорит она с надрывом.