Первая жена (СИ)

— Кто вам сказал, что та клиника надежная? — он поправляет очки на орлином носу. — Я бы не рекомендовал…

— Я, по-вашему, глупая? — яростно спорит Майя. — Я все проверила! Их лицензии, отзывы… Ни одного отрицательного!

— Отзывы? — Рубен Артурович посмеивается. — Хотите я вам за пять рублей таких отзывов куплю, комар носа не подточит. Что-что, а насобирать приличных отзывов дело несложное.

— Но это же не маркетплейс, — стоит на своем Майя. — Кто станет врать про операции, это же…

— Я вас умоляю, — постукивает ручкой по столу врач.

Майя выглядит прибитой к плинтусу, явно не знает, что сказать или сделать.

Рубен Артурович тем временем продолжает:

— Только недавно коллеги рассказывали про случай, похожий на ваш. В клинике, куда вы везете ребенка, малышке сделали три операции в течение нескольких месяцев и не спасли. Это не единичный случай. Я вам русским языком говорю, там деньги сосут, а их гарантии — липа.

— Что же мне делать? — охает Майя.

— Езжайте в кардиоцентр в столицу, — советует врач. — Там самое новое оборудование, специалисты. Еще раз досконально обследуетесь, там и сделают операцию.

— Я хотела туда! — стонет Майя обреченным голосом. — Я все заранее изучила, год ходила по врачам, по всем инстанциям справки собирала. У них там очереди на годы вперед, направления не достать, хотя Полина с рождения на учете. Мы столько ждать не можем! А платно там цены не сложишь…

— Так уж не сложишь, — всплескивает руками Рубен Артурович.

Для него, главврача, может и так. Но только не для Майи. И по ходу дела, тремя миллионами тут не обойдется.

Чем дольше мы здесь сидим, тем бледнее делается бывшая жена.

А я хмурюсь и жду, когда прилетит сакраментальная просьба: «Артем, устрой нас в центр, заплати за все на свете, ты же можешь».

Я ей джинн, что ли? Мне деньги девать некуда, кроме как тратить их на дорогостоящее лечение нагулянных в браке со мной детей.

Однако от Майи прилетает совсем не просьба.

— Я уже заплатила им аванс… — признается она жалобно. — Так надо было, чтобы за нами закрепили время и место. У них ведь тоже очередь. А вдруг не вернут…

Не понимаю, чего она так дергается из-за каких-то копеек. Даже губы трясутся, когда говорит мне про треклятый аванс.