Первая жена (СИ)

Но я думала, он любит меня. Думала, он понимает…

А оказалось, ни в чем в этой жизни нельзя быть уверенной.

Поэтому никаких больше детей. Не для меня, не в этой жизни.

Из паршивых воспоминаний меня выводит открывающаяся дверь спальни.

Я поворачиваюсь на звук и вижу Артема в белом халате с эмблемой отеля на левой стороне груди.

— Привет, малыш. Что так рано встала?

Он улыбается, а потом замечает у меня в руках таблетки.

— Что это? — спрашивает, изогнув бровь.

— Экстренная контрацепция.

Когда говорю это, мне не удается скрыть нотки осуждения в голосе. Ведь мне не пришлось бы глотать эти таблетки, если бы он позаботился о наличии резинок.

А Артем вдруг резко серьезнеет, подлетает ко мне и выхватывает таблетки из рук.

— Ты ебнулась, что ли? — Он потрясает ими в воздухе над моей головой.

Стою, хлопаю ресницами, пытаюсь прийти в себя после его грубых слов.

Он любит материться, это да. Но обычно это происходит не в мой адрес.

— Верни таблетки! — требую с надрывом.

— За каким чертом ты решила их пить? — возмущается он. — Объясни, зачем?

— Мы не договаривались на детей, — качаю головой. — А я ведь могу залететь. Ты меня даже не спросил и…

— Не спросил, и что? Теперь закидываться таблетками для аборта?

Артем выглядит угрожающе. И по любому другому поводу я с ним не спорила бы сейчас. Но эта тема для меня слишком важна.

— Я не хочу больше детей, — качаю головой.

— Что за бред, — он отмахивается от моих слов, будто они не стоят внимания.

Простой такой.

— Верни таблетки! — Я смотрю на него с укором.

Артем стискивает челюсти, играет желваками, грозно на меня смотрит. А потом вдруг выдает:

— Убьешь моего ребенка, в ту же секунду пойдешь на хер. Ты поняла меня, Майя?

Я отшатываюсь от него.

Пытаюсь как-то переварить его последнюю фразу, а она встает в горле комом.

Лучше бы он меня в лицо ударил, чем вот так словами наотмашь…

Получается, для него это по-прежнему так просто — взять и послать меня на хер, чтобы свалила из его жизни.

Прямо как три года назад.

Мгновенно проваливаюсь в события трехлетней давности.

Вспоминаю, как я стою у кроватки месячной Поли, качаю ее и еле могу разлепить веки от усталости. Малышку мучают колики, и последние сутки я хожу как зомби, потому что спать она мне не дает.

Слышу, как Артем заходит в дом, радуюсь, как последняя дурочка, ведь соскучилась.