Первое, что я вижу

Я так взволнованна, что, думаю, собираюсь вознаградить его чуть попозже в своей форме для черлидинга.

Мы рассмеялись. Шона ненавидела, когда мужчины просили надеть ее форму черлидерши во время любовных игр. Но если ей действительно нравился парень и он не предлагал ей ничего такого, то Шона охотно примеряла свой наряд, состоящий из юбки, которая не прикрывала ее задницу, и тугого топика с низким вырезом.

— Мне так грустно, что тебя больше не будет рядом. Хотя вы, ребята, могли бы сойтись и переехать в Чикаго поближе ко мне! — Алкоголь и мое нынешнее состояния счастливого оцепенения делали всё простым и легко решаемым.

Шона посмотрела на меня как на сумасшедшую и засмеялась.

— Ты такая забавная, когда пьяная и влюбленная. Раньше мне нравилась пьяная Хоуп, но, думаю, пьяную от любви Хоуп я люблю еще больше!

******Мы вернулись в квартиру Кеннеди после полуночи. Я чувствовала, будто парю. Кеннеди налил мне бокал вина и разжег камин. Я заметила, как мышцы на его спине напряглись, когда он складывал дрова.

— Спасибо за лучшее Рождество в моей жизни, — прошептала я, устроившись между ног Кеннеди.

Он поцеловал меня в лоб и произнес:

— Не за что, но я ничего не сделал. Гаррет и Лорен выполнили всю работу.

Он серьезно?

— Ты выделил мне шкаф, купил новую одежду, предоставил удивительную работу со знакомой мне обстановкой в кабинете и привез мою лучшую подругу в Чикаго.

"— Всё это не имеет никакого отношения к Рождеству. Я сделал бы это и в августе, если бы ты согласилась переехать сюда. — Кеннеди мягко погладил мои волосы, заправив мешающие пряди мне за ухо. — Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что я и правда не сделал тебе никакого рождественского подарка.

Этот мужчина сумасшедший.

— У вас немного извращенная логика, мистер Дженнер, — рассмеялась я и наклонила голову к его ладони.

— Кстати о логике, я куплю тебе машину. Мы можем назвать это твоим рождественским подарком, если тебе так хочется, — произнес Кеннеди строгим голосом.

— Я не могу позволить тебе купить мне еще и автомобиль, Кеннеди. — Повернувшись, я прижалась к нему. — Это очень мило, но уже чересчур.

Посмотрев на меня сузившимися глазами, мужчина заговорил:

— Всё моё принадлежит тебе, Хоуп. Я живу определенным образом. Я упорно работаю и наслаждаюсь своим образом жизни и заслуженными привилегиями. Мы не можем существовать в разных мирах.