Но на чем основывается ее уверенность? Только на его словах. Ведь ни единого доказательства Нэйтан пока что так и не предоставил. Лишь слова, слова в которые она поверила, ни на миг не усомнившись.
Но заговор имел место быть. Тогда кто?
Эрика?
Неужели она могла предать родного брата? Заговор — это не обычная ссора, а нечто серьезное, что нельзя отменить, просто попросив прощения. Это навсегда.
А если не принцесса, то кто? Это должен быть кто-то достаточно близкий королю, иначе Нэйтан бы не юлил и не тянул время, а выложил старому другу все, как есть.
Лаура?
Почему Катрина сразу сняла ее со счетов? Да, девушка мила и, кажется, влюблена в будущего мужа, но кто знает, с какими поучениями отправил ее в столицу отец, глава мятежной провинции.
Снова обвинения без доказательств.
Одно Катрина могла сказать с уверенностью: она не верила никому в этом замке. Кроме Нэйтана — воспоминания не умеют лгать.
* * *— Не выспалась? — Нэйтан сидел на краю койки, взобравшись на нее с ногами, и в своем черном плаще напоминал огромную нахохлившуюся ворону.
— Все хорошо, — Катрина натянуто улыбнулась. — Нам нужно продолжать, отосплюсь по возвращении домой.
— О, — оценил Нэйтан, — у нас боевой настрой. — Спрыгнул на пол. — Похвальное рвение.
Сам узник выглядел так, будто не он провел с ней полночи за разговорами: бодр и даже весел.
Катрина присела на край своего матраса, подтянула колени к подбородку, обняла ноги руками.
Нэйтан молча следил за ней, потом выдал:
— Ты как вдова на утесе, с которого сиганул ее благоверный.
Катрина вскинула голову, сощурилась.
— В следующий раз принесу с собой корзину с помидорами, — пообещала мстительно.
Его брови приподнялись. Заинтересовался.
— Это еще зачем?
— Буду кидать в тебя за всякое хамство.
— Ааа, — протянул понимающе. — Ладно, только яблоки не бери.
— Почему? — настал ее черед удивиться.
— Почему-почему, — передразнил весело. — Они тверже, прибьешь еще ненароком.
Катрина расхохоталась, представив, как он, словно обезьяна в клетке на ярмарке, прыгает по камере от стены к стене.
— Прости, я… — постаралась взять себя в руки.
— Хотя бы иногда научилась расслабляться, — закончил Нэйт за нее.
Катрина перестала смеяться, подняла глаза и неожиданно даже для самой себя серьезно спросила:
— Я зануда?
— Ты спрашиваешь человека, который, кроме тебя, неделями никого не видит, — напомнил Нэйтан. — Я не могу быть объективен. Мне с тобой очень даже весело.
— Смеяться надо мной, — сказала и поджала губы.
