Первые шаги

Лишь треск факелов расставленных возле бараков. Сжимая крепче рукоять окровавленного меча, Арног посмотрел на друзей. Замечая лихорадочный блеск в их глазах. Рядом первой здание. Тихо поднимаясь по короткой лестнице. Дверь, слегка поскрипывая, стала отворяться. Вздох облегчения и друзья проскользнули внутрь. Внутри царила полная темнота. Не большое окошко в стене не давало достаточно света. Но то, что здесь не было псов, стало ясно, когда со всех сторон послышались стоны, всхлипывания. Обитатели этого здания разом зашевелилась на полах, вдоль стен.

Глаза стали привыкать к темноте и друзья увидели, что барак был забит женщинами, девушками. В каких-то тряпках они создавали гул хлипав и плача. Они жались друг другу. Другие просто лежали, вздрагивая всем телом, пряча лица, словно в ожидание чего то. Десятки глаз взирали на трех мракцев с окровавленным оружием со страхом и ужасом.

— Ублюдки! — Зарычал Арног как дикий зверь. Чувствуя, как кровь вскипает от переполняющего его гнева. — Вырезать всех! Ни один пес сегодня не должен выжить! — И уже собираясь, развернутся, что бы воплотить свои угрозы в реальность.

Остановил сухой и твердый голос.

— Русич? — Он звучал твердо. Хоть это и был вопрос, он звучал как утверждение. В конце здания кто то зашевелился и друзья пытались разглядеть говорившею. Женщины, пытались удержать, идущую к ним. Умоляли ее. Разговаривали на разных языках. Но обладательница властного голоса отмахивалась от слабых попыток и шла дальше. Когда рыдание окружающих стало громче, она вновь заговорила.

 — Тише мои дорогие. Это же наши сыновья.

Она прошла мимо окна, и русич увидел бабушку. Ее лицо все было изрезано. Глаз не было, лишь сияющие провалы. На ней был одет мешок. Одной руки не было. На другой руке не было ни одного пальца.

— Матушка — одними губами прошептал Арног снимая шлем. Делая шаг на встречу и обнимая ее за плечи. — Да что же это. За что они так с вами. — Шептал он, обнимая старушку, и впервые слезы потекли из его глаз.

— Успокойся сынок. Вы теперь с нами. Все будет хорошо — она гладила по волосам и успокаивала, словно не с ней происходили эти ужасные вещи.

— Защитим вас. Все будет хорошо — отвечал русич и обратился к друзьям. — Поговорите с остальными. Расскажите что они теперь в безопасности. Пусть знают, что их страданиям пришел конец, и мы отомстим за каждую пролитую слезу.

Гирн кивнул и стал обращаться ко всем на своем языке. Роствуд сразу бросился к измученным. Подсаживаясь к каждой и говоря по английский и русски.