Первые шаги

Просто нечего не делать хотя бы пару дней.

Роствуд внимательно слушал эмоциональную тираду друга и так же внимательно посмотрел на него. Но затем как обычно усмехнулся. — Мне даже нечего сказать брат. Я полностью с тобой согласен.

Гирн кивнул и все посмотрели на Арнога. — Как бы это не странно прозвучало. Но мы будем отдыхать, и отмываться от грязи среди людей, соплеменнике которых на нас эту грязь и налепили.

— Надо Гирн — согласился русич. — Очень надо я согласен. Что же отдыхать, так отдыхать — проговорил он и перевернулся на бок положив руки под лицо и закрыл глаза напоследок сказав.

 — Смотрите только не сильно привыкайте к такой жизни.

— Ха! Да ты сам я смотрю, уже влился в мирную жизнь. Сон, еда и иногда легкие прогулки, что бы жирок, не залеживался.

Так с улыбкой слыша, общее мнение братьев Арног провалился в сон.

Резкие толчки разбудили Арнога. Рука сразу легла на рукоять меча, что все время был рядом. Перед собой он увидел встревоженное лицо Тарта и сразу сон, как рукой сняло. Дико оскалившись, чем вызывал блеск в глазах парня рывком поднялся.

Тут же стал облачаться. В доме находился Агракон и Рала. Друзья уже полным составом были на ногах и собирались. Готовились к моменту, к которому сюда и пришли. Конец ожиданию.

Их мысли в этот момент были схожи. Люди, которые подчиняют себе других людей, используя в своих целях, уже рядом. И гнев четверки рвется наружу, словно огонь из вулканов.

— Уж сегодня я оторвусь — выпалили Роствуд, зашнуровывая доспехи и одевая шлем. — Наконец то я смогу посмотреть в глаза тварей, пред их мучительной смерти.

 — Схватил копье, и громко рассмеявшись, выбежал наружу. Следом за ним выбежали Гирн со словом. — Псих.

Арног поймал на себе взгляд Скора. — Да брат сегодня они получат сполна за все зло. Мы будем их карой.

— И даже ответят за грехи, которые не совершали — вымолвил гигант и вышел. Арног нацепил ножны и сжав копье обратился к старосте. — Ваш сын снимет костяной нагрудник. Он не пойдет с нами.

Старик кивнул и обратился к сыну. Но получил резкий ответ.

Тон, с которым парень разговаривал с отцом, удивило Арнога. В нем слышался и гнев и злость. — Переведите ему мои слова. Что кто-то должен защищать людей. И мы возлагаем это на его плечи. Если не получится — он улыбнулся. — Пусть им займется Рала. А вы собирайте людей всех здесь и не высовывайтесь.

Русич уже был возле выхода, когда его окликнул староста.

— Они захотят обратиться к вам. Поговорить. Я буду рядом, переведу.

— Нет — твердо заявил русич.