Первые шаги

От чего его голова, на которой остался след от стали Арнога теперь всегда будет опущена. Опорой же такого шеста служили трупы нападавших сложенны по кругу и привязанные к друг другу травой.

— И не мерзко тебе было пачкаться этим? — В упор спросил Гирн у Роствуда, разглядывая мясо.

— Да я уже помыться успел. Жаль рыбы помрут, если примут грязь за еду. И попробуют яд этих ублюдков.

Арног стоял рядом со Скором и оба молчали. — Поверь, я сам был в шоке. Но раз уж вызвался помочь. — Шептал шестирукий гигант.

Тарт во все глаза смотрел на ужасающие и устрашающие воображение, своих спасителей.

Такого ему еще не приходилось видеть и вряд ли придется столкнуться вновь.

— Это будет знак всем. Пусть видят и помнят, чем оборачивается сила, используемая во зло своему же народу — закончил свое творение словами и плевком на трупы.

— Нам пора — поторопил всех русич, отрывая на созерцания мертвых. И рывком поднял на ноги проводницу, которая при виде этого ужаса опустилась на траву и рыдала. Теперь же ощущая за спиной этих страшных чужаков покорна, шла вперед.

Не зная, что ее ждет в конце пути.

— Это внушает страх и остается в памяти. Но теперь рыжий мой друг я начинаю волноваться за состояние твоего рассудка.

— А — махнул рукой творческий человек. — Мы все не много того уже — улыбался он на слова Арнога. Идя следом за всеми.

После увиденного, Тарт все время шел молча. Угрюмый, но полный решимости идя за друзьями. Их поглотил лес уже давно, и они все шли и шли. Идущие за обречённой женщиной. Которая вела по узкой тропе, петляющей между деревьями.

Чем дальше они уходили вглубь леса, тем темнее становилось вокруг. Солнце редкими лучами пробивалось сквозь плотную листву дикого леса. Становилось прохладно, не смотря на разгар дня. Сильно ощущалось влажность.

Хранившиеся все это время молчание было нарушено Гирном.

— Ведет верно. Следы крови нет, нет, но попадаются. Значит, мародёры проходили этим же путем. Странно, что она не пытается выкинуть какой-нибудь фокус.

— Лучше не расслабляться. То, что она покорна, еще не значит, что не сможет, что то предпринять — отвечал на раздумья друга Арног, идя прямо за обреченной.

 — Уж нам-то известно, что может натворить человек загнанный в угол — после этих слов все хищно заулыбались. Тарту оставалось лишь бегать взглядом по фигурам и хранить молчания.

Звуки леса ни чем не нарушались. Даже шедшие старались особо не шуметь, проходя сквозь молодые деревья и кустарники. Но постепенно к звукам природы стали добавляться людские.