Первый паладин

Разорители и не думали падать от, казалось бы, смертельных ран. Вместо этого они злобно хохотали и с еще большим остервенением атаковали, совершенно не обращая внимания на сочащиеся зеленой массой повреждения.

Дружина, под контролем командиров, организованно пятилась назад. Воины не понимали, как сражаться с практически бессмертным противником, да еще сошедшим с ума.

У меня на лбу вновь проступила испарина от напряжения. Было невозможно успеть везде, но я старался. Щиты света были эффективной преградой перед обезумевшими разорителями, но, сотрясаемые ударами, они быстро теряли силу.

Прикрывать союзников стало еще труднее, когда меня самого связали боем. Я машинально отмахнулся мечом от налетевшего на меня бандита с коротким, видимо трофейным, мечем. Совершенно не заботящийся о защите мужчина принял удар грудью, и каково же было его удивление, когда вместо непонятной оскверненной субстанции из страшной раны пошел дым сопровождаемый запахом горелого мяса. Разоритель уставился широко открытыми глазами на свою грудь и медленно повалился наземь.

Что ж. Это хорошие новости. Напитываемое светом оружие способно нивелировать сопротивление урону, обусловленное, очевидно, силами скверны.

Я стремительно атаковал еще одного разбойника, не успевшего сообразить, что произошло с его товарищем, и тот также упал у моих ног. После чего на меня воззрились многочисленные пары озадаченных и озлобленных глаз.

Увидев во мне наиболее опасного противника, разорители сконцентрировали наступление в сторону первого отряда, в котором я находился.

– Прикрывайте Иратуса! – Скомандовал Генрих.

Но рыцарям указание и не требовалось. Они уже организовали строй вокруг меня, надежно прикрывая фланги.

Эх, видимо, вновь мне не дадут профилонить столь занятное мероприятие под названием резня.

– Господин, возьмите! – Обратился ко мне рядом стоящий рыцарь, протягивая мне щит, ранее принадлежавший одному из его сослуживцев, павшему в этой битве.

Я благодарно кивнул, принимая экипировку.

Я не знал, как управлять отрядом, поэтому лишь выкрикнул:

– Все за мной! Рубите им головы! Без головы живут лишь куры и чиновники!

Под завязку заряженный меч запылал как факел в моих руках. Из моих глаз вновь полыхнул божественный свет, и я покрепче сжал оружие, ведя рыцарей в наступление.

Это не была бездумная атака против всех.