Первый шаг Некроманта

Всё время хотелось двигаться, куда-то бежать и активничать. Скорее всего, мне потом это аукнется апатией на пару дней, но сейчас такое состояние в самый раз.

Я отошёл подальше в сад на уже знакомую площадку, где тренировал теневое скольжение и выбрал своей целью старую корягу. Моментально созданный огненный шар промчался на высокой скорости и, сверкая искрами, подпалил дерево. Попутно я запустил рунический круг с водой, чтобы не устроить тут пожар, и потушил разгоревшееся бревно.

Следом я выбросил перед собой ряд пламенных шипов прямо из-под земли.

Это заклинание ближнего боя, рассчитанное на атаки не дальше двух метров. То что надо для срыва дистанции.

Раз за разом я манипулировал стихией, повышая сложность, пока не упёрся в потолок. Знания, что я собирал всё это время, словно вырвались на свободу, и я получил мощный всплеск развития. Быстрота создания кругов и их диаметр тоже изменились в большую сторону. Мне открылось пять процентилей, уже заполненных огнём.

Следом я потренировал тени, но там результаты скромнее.

Всё-таки стихия не базовая, и я не могу в ней слишком быстро преуспевать. Такие выводы я сделал, опираясь на свой опыт. Здесь вышел всего плюс один процентиль.

Итого у меня двадцать одна единица ушла на огонь и четыре на тень. Ауроскоп показывал, что моё развитие достигло четверти из возможного лимита. Очень даже неплохо для только что реинкарнировавшего чужака из другого мира.

Вся эта возня отняла у меня часов шесть, и закончил я, когда желудок усиленно заурчал. Пора обедать, я ведь даже завтрак пропустил, отогнав от себя Семёна, прыгавшего с подносом в руках — некогда было.

Подкрепившись, я отправился в библиотеку, где углубился в чтение манускриптов по теням. Мне важно было понять будущие возможности этой стихии, а также выполнить свои обязательства перед Скаржинским. Ему нужен товар, хоть какая-то окупаемость. И если стандартные четыре атрибута не могли составить конкуренцию местным производителям, то вот тени — достаточно редкий товар. С ним я стану монополистом.

Вот только процентиль надо подтянуть хотя бы до десяти.

— Время, Артём Борисович, — спустя четыре часа робко сказал Семён, высунув голову из-за двери.

— Да, сейчас, — я оставил закладку и отложил книгу, всё-таки хорошо, что мой отец практикуется в этой же стихии, иначе пришлось бы провозиться с поиском информации.

Кстати, он что-то задерживается со своей поездкой в Москву. Он и раньше подолгу отсутствовал, по словам родных, но на моей памяти такое впервые.