Первый, случайный, единственный

 – А вот как сделать, чтобы вообще ничего говорить не надо было, – в этом весь и фокус.

«Теперь точно обидится», – весело подумала она.

И тут же с удивлением поняла, что ей совсем не хочется обижать этого ясного человека. И даже более того – что ей жалко его обижать.

– Знаешь, я ведь живу… как-то за пределами даже надежды и страха, – сказал он, снова улыбаясь этой своей необыкновенной, беспомощной и спокойной улыбкой. – Меня невозможно обидеть.

– За пределами надежды и страха? – хмыкнула Полина. – Ну-ну… И видишь ты не глазами, и слышишь не ушами.

После пяти минут общения с ним Полина была готова к тому, что его зовут как-нибудь… Калу Ринпоче, например, что-то такое она слышала от одного буддиста, забредшего пару месяцев назад на Глюков чердак в Монетчиковском переулке. Вообще, буддистов среди художников, поэтов и прочих представителей творческих профессий, в хороводе которых Полина вертелась лет с пятнадцати, было довольно много. Но этот чем-то отличался от всех, а чем – она не понимала.

– Имя есть, – кивнул он. – Игорь.

– Вот просто так – Игорь? – восхитилась она. – А меня Полиной зовут.

– Обыкновенное. – Она пожала плечами. – Родители думали, оно оригинальное, потому что среди их ровесников ни одной Полины не было. А в детском саду, кроме меня, три Полины было, и в классе две. Оказывается, все оригинальное приходит во все головы одновременно. Но вообще-то меня в честь маминой мамы назвали, так что на оригинальность наплевать, – добавила она.

– Тебе со мной, наверное, скучно, – сказал Игорь. – У тебя очень живой характер.

– Что есть, то есть, – усмехнулась Полина.

«Разговариваем, как Маленький Принц с летчиком, – подумала она. – Я о своем, он о своем».

– Хочешь, я тебе анекдот расскажу? – вдруг предложил Игорь.

– Что-о расскажешь?! – засмеялась Полина. – Анекдот? И какой же, интересно? Про Петьку с Василь Иванычем или, может, про поручика Ржевского?

– Почему? – С ума можно было сойти от его улыбки! – Просто один буддистский анекдот, хочешь?

– Излагай, – разрешила Полина.

Она забралась с ногами на жалобно скрипнувшую кровать и, положив руки на согнутые колени, подперла кулаками подбородок, приготовившись слушать.

– Был прекрасный день, на берегу было тихо, солнечно и тепло, – начал Игорь.

Полина не удержалась и хихикнула.

– На либретто похоже, – объяснила она.