Первый закон

 – В спарринге вы выглядите жалко, ваша выдержка оставляет желать лучшего, а что касается устойчивости, об этом лучше вообще не говорить…

Что о нем подумают, если сейчас он откажется? Что сделает отец? Что скажут братья? Как насчет других офицеров? Его сочтут трусом. Кроме того, есть Арди Вест. Последние несколько дней мысли Джезаля были заняты ею. Будет ли она наклоняться к нему так же близко, если он бросит фехтовать? Будет ли разговаривать с ним тем же мягким голосом? Не перестанет ли смеяться его шуткам? Будет ли по-прежнему смотреть на него снизу вверх своими большими темными глазами? Джезаль почти чувствовал ее дыхание на своем лице…

– Ты слушаешь меня, парень? – прогремел Варуз.

Его дыхание на своем лице Джезаль ощутил в полной мере, и вдобавок еще брызги слюны.

– Да, сэр! В спарринге выгляжу жалко, выдержка оставляет желать лучшего. – Джезаль нервно сглотнул. – Об устойчивости лучше не говорить.

– Именно! Я начинаю подозревать, что вам это все не очень-то нужно. Хотя в такое трудно поверить после тех хлопот, которые вы мне доставили.

 – Он свирепо глянул Джезалю в глаза. – А вы как считаете, майор?

Ответа не последовало. Вест откинулся в кресле, сложив руки на груди, и угрюмо уставился в пространство перед собой.

– Майор Вест! – гаркнул лорд-маршал.

Тот резко поднял голову, словно только сейчас обнаружил их присутствие:

– Простите, сэр, я немного задумался.

– Я заметил. – Варуз цокнул языком. – Похоже, сегодня утром никто не может сосредоточиться!

Джезаль почувствовал огромное облегчение, когда старик хотя бы ненадолго перенес свое раздражение на другого.

Но радость продлилась недолго.

– Очень хорошо, – резко проговорил маршал. – Вы сами напросились. С завтрашнего дня будем начинать тренировки с плавания во рву. Проплыть пару миль – этого, полагаю, хватит.

Джезаль плотно стиснул зубы, чтобы не завопить.

– Холодная вода – великолепное средство для обострения чувств. Пожалуй, нам надо вставать пораньше, когда ваш ум наиболее восприимчив.

Значит, перенесем начало на пять утра. И подумайте о том, капитан Луфар, ради чего вы здесь: ради победы на турнире или ради удовольствия от моего общества.

С этими словами маршал повернулся на каблуках и зашагал прочь.

Джезаль подождал, пока Варуз удалится, прежде чем дать волю чувствам. Едва убедившись, что старик его не услышит, он в ярости швырнул свои клинки в стену.

– Проклятье! – заорал он под грохот падающих на землю шпаг.