Первый закон

Величественное изваяние внушало благоговейный трепет, и этот эффект лишь чуть-чуть умалялся при виде белых следов голубиного помета на каменной щеке мага.

Поскольку открытый совет в это время заседал, площадь была почти пуста, и Джезаль получил возможность не спеша пройтись до ворот Палаты военной славы. Коренастый сержант кивнул ему, и капитан подумал, не из его ли роты этот солдат – но ведь нижние чины все на одно лицо. Не ответив на приветствие, Джезаль побежал дальше между высокими белыми зданиями.

– Ну прекрасно! – пробормотал он, когда увидел, что возле дверей Цепной башни сидят Челенгорм и Каспа.

Они курили трубки и пересмеивались. Эти гады, должно быть, догадались, что он побежит сюда.

– За честь и славу! – провозгласил Каспа, гремя мечом в ножнах, в то время как Джезаль пробегал мимо. – Не заставляй лорд-маршала ждать! – крикнул он вслед, и ему вторил восторженный рев здоровяка Челенгорма.

– Проклятые идиоты, – пропыхтел Джезаль, распахивая плечом тяжелую дверь.

Хрипло дыша от напряжения, он стал взбираться по крутой спиральной лестнице.

Это была одна из самых высоких башен в Агрионте, и подняться ему предстояло на двести девяносто одну ступеньку.

«Проклятая лестница!» – ругался Джезаль про себя.

Когда он добрался до сотой ступени, его ноги горели, а грудь тяжело вздымалась. На двухсотую он поднимался едва живой. Остальную часть пути он прошел шагом, и каждый шаг был мучением. Наконец через башенку он выбрался на крышу и оперся на парапет, моргая на неожиданно ярком солнце.

Внизу, к югу от него, расстилался город – бесконечный ковер белых домов, простирающийся до самого сверкающего залива. В противоположном направлении открывался вид на Агрионт, еще более впечатляющий: огромное скопище величественных зданий, громоздившихся друг на друга, перемежалось зелеными лужайками и большими деревьями. Их окружал широкий ров и высокая стена, усеянная сотней горделивых башен. Аллея Королей прорезала его центр и вела к Кругу лордов со сверкающим на солнце бронзовым куполом.

Позади возвышались стройные шпили Университета, а за ними маячила зловещая громада Дома Делателя. Подобно черной горе, она высоко возносилась над остальными зданиями и отбрасывала на них длинную тень.

Джезалю показалось, что он увидел на расстоянии отблеск подзорной трубы маршала Варуза. Он снова выругался и повернулся к лестнице.

Джезаль почувствовал огромное облегчение, когда наконец добрался до крыши и увидел, что на доске еще остается несколько белых фигур.