Первый закон

Горны есть, наковальни, кувалды и все прочее имеется, но работать некому.

Я тут поговорил с одним из квартирмейстеров, и он сказал, что генерал Поулдер отказался отпустить к нам хотя бы одного из своих кузнецов, и генерал Крой тоже, так что… – Челенгорм пожал плечами. – У нас их не оказалось.

– И никто не догадался проверить?

Вест ощутил знакомую боль, набухающую позади глазных яблок. Стрелам нужны наконечники, клинки необходимо точить, доспехи, седла и телеги, везущие припасы, ломаются и нуждаются в починке.

Армия, в которой нет кузнецов, немногим лучше армии, у которой нет оружия. А они торчат посреди этого насквозь промерзшего края, во многих милях от ближайшего поселения. Хотя…

– Помнится, мы по пути видели штрафную колонию?

Челенгорм сощурил глаза, пытаясь припомнить:

– Да, кажется, там была литейная. Я видел дымок над деревьями…

– У них там должны быть опытные работники по металлу.

Брови здоровяка приподнялись.

– Но они же преступники!

– Ну, какие есть. Сегодня у вас неподкованная лошадь, а завтра нам будет нечем сражаться! Соберите дюжину людей и найдите повозку.

Мы отправляемся сейчас же.

Тюрьма возвышалась над зарослями деревьев, за холодной пеленой дождя виднелась ограда – стена из огромных замшелых бревен, увенчанная погнутыми ржавыми штырями. Мрачный вид, да и само место мрачное. Не дожидаясь, пока Челенгорм и его люди подтянутся, Вест соскочил с седла, перешел слякотную разбитую дорогу, приблизился к воротам и замолотил рукоятью шпаги по потемневшему дереву.

Пришлось какое-то время подождать, пока маленькое смотровое окошко открылось. Оттуда на Веста угрюмо глянули серые глаза над черной маской. Практик инквизиции.

– И что? – Глаза холодно рассматривали его.

– Я из штаба кронпринца Ладислава, мне нужно поговорить с комендантом этого лагеря.

Вест нахмурился, изо всех сил стараясь сохранять важный вид, несмотря на облепившие голову мокрые волосы и капли дождя, стекавшие с подбородка.

– Идет война, и у меня нет времени объяснять вам, что к чему! Мне необходимо поговорить с комендантом, это очень срочно!

Глаза прищурились.

Некоторое время практик смотрел на Веста, затем перевел взгляд на дюжину замызганных солдат за его спиной.

– Хорошо, – проговорил практик. – Вы можете войти, но только вы один. Остальным придется подождать снаружи.

Главная улица колонии представляла собой полосу размешанной ногами глины между хлипкими лачугами. С карнизов стекали струи воды, расплескиваясь по грязи.